В любви всегда есть место тайне. В жизни всегда есть место бесстрашию. А что делать, если ты юная девушка? И опасность преследует по пятам?
========== 1. Пролог. ==========
Джеймс Рендалл, молодой человек, темноволосый, кареглазый, с шикарными бакенбардами, одетый в узкого кроя брюки, хромовые бутсы, а также немного щеголеватый темно-серый сюртук модного кроя, из-за ворота которого выглядывал безупречно повязанный шейный платок цвета кофе с молоком, уже который раз перечитывал письмо своей сестры, Сары Рендалл. Суть того, что заставляло его переживать всю дорогу, укладывалась в пару строк:
«Милый брат! Поскорее возвращайся домой! С нашим ангелочком, Розамундой, произошло несчастье! Не смею доверить бездушной бумаге сообщить тебе страшную новость, но приготовься к худшему.
Сара».
Письмо, местами заляпанное кляксами, говорило само за себя — сестра писала его в спешке.
«Что же означают эти строки… — молодой человек боялся даже представить. Сжимая в руках замаранную бумажку, он с тревогой оборачивался назад, понимая, что и так дела в мореходной компании шли из рук вон плохо, но стоило им хоть малость пойти на лад, руки обвила новая цепь неприглядных событий.
Экипаж немилосердно трясло из-за размытой дождями дороги. Но он не обращал на это внимание. Сказывалась усталость. Невольно он стал вспоминать свою милую, нежную женушку. Ее золотые, цвета спелой пшеницы, кудряшки; васильковые глаза; милый, вздернутый носик; маленький аккуратный ротик, с нежными, алыми губками. Хрупкую, маленькую, изящную. И ее запах, сладковатый, с нотками свежести. Ему так нравилось вдыхать аромат ее кожи, касаться ее, ощущая шелковистую нежность под руками.
Тревога и беспокойство за супругу тут же вернулись к Джеймсу, стоило ему снова бросить взгляд на уже порядком измятое письмо.
«Страшная новость! Неужели Розамунда тяжело больна? Нет, нет! Это просто глупая фантазия моей вечно экзальтированной сестренки. Но почему дядюшка Джордж не сделал ни одной приписки? Господи, помоги мне!»
И именно тут особо мощный толчок выбил его из мира раздумий к серой, моросящей реальности. Через минуту его кучер Питер Смит заглянул к нему и, убедившись, что с хозяином все в порядке, произнес:
— Вымоина, сэр. Сейчас поедем дальше.
— Хорошо! Если можно побыстрее, Питер!
— Сэр, никто не любит Лонгвудский лес, и вы знаете почему. Я и так все время подгоняю лошадей, но загонять их неблагоразумно. Потерпите, мы уже близко к Блек-Понду.
И, закрыв дверцу, возница тронул экипаж дальше. Мысли Джеймса перенеслись к фразе про лес. Банда Зеленых Братьев держала его под своим полным контролем. Недаром его отец, Эдвард Рендалл, настоял, чтобы экипаж его сына сопровождала парочка портовых грузчиков, готовых пустить в ход свои громадные кулачища, если найдутся такие наглецы.
Новый толчок. Джеймс приоткрыл штору, закрывавшую окошко, и перед его глазами во всей красе предстал темноводный, заросший камышами и ряской пруд. Местная достопримечательность со своей богатой и страшной историей. Молоденькие крестьянки, собираясь длинными зимними вечерами, рассказывали страшилки про опозоренных девушек, которых забирали к себе русалки; про страшного зверя, временами выходящего на свою кровавую охоту. Шериф Майкл Милтон Брекенридж с личного разрешения королевы возглавил прочесывание Лонгвудского леса и Блек-Понда. Но его ожидало фиаско. Братья умели хорошо скрываться, а пловцы, специально привезенные Брекенриджем, не нашли и чешуйки мифических красавиц, за исключением одного скелета, уже полностью разложившегося и опознанию не подлежащего. Что привело к противоположному эффекту. По всем местным крестьянским подворьям пронеслась новость о новых жертвах темных вод. А может, в этих россказнях виновато его поместье Ченчжвуд, соседствующее с прудом, будто старинный дух прошлых столетий, пропитавший собой все окружающее пространство.
По крайней мере, наличие пруда означало конец лесной дороги и начало владений Рендаллов. Блек-Понд им не принадлежал, но служил вехой, обозначающей, где оканчиваются королевские земли.
Несколько минут и впереди уже можно было рассмотреть смотровые башни родового замка. Сквайрами, по понятиям аристократии, Рендаллы стали весьма недавно. Поэтому его дед выкупил данный замок с окружающими его земельными угодьями за кругленькую сумму. Их мореходной компании с входящими в нее верфями присвоили звание королевских. И если его предок, основавший все это, был простым человеком, добившимся почета и уважения, то сам Джеймс Рендалл был хорошо воспитан и образован.
Наконец-то экипаж остановился. Лакей, распахнув дверь, опустил подножку. Джеймс, не теряя времени, спустился на булыжную мостовую и бегом бросился к стоящим на балюстраде замка людям.
— Дядя Джордж! Сара! — молодой сквайр обнял родственников и тут же взволнованно воскликнул:
— Что с Роз? Почему она не встречает меня?!
— Подожди, Джеймс! — остановил его Джордж, — давай пройдем внутрь. Сара, девочка моя, распорядись насчет кареты и сопровождающих. И проследи, чтобы нам никто не мешал.
— Хорошо, дядюшка. — ответила племянница, и Джеймс отметил для себя ее скорбно-испуганное выражение лица.
