Когда появляются другие охотники, до меня доходит, что в сравнении с ними я – ребенок, дилетант-любитель. Они в основном профессионалы, дилеры, которые должны друг другу как деньги, так и товар. Они приносят сумки, набитые битами, коробки с мячами, альбомы цветных фотографий размером восемь на десять дюймов, те самые вещи, которые можно купить в интернет-магазинах и на интернет-аукционах. Пока мы стоим, ожидая прибытия игроков «Сокс», они совершают сделки, хвастаются своими недавними приобретениями, обмениваются информацией о грядущих играх.
– Что ты хочешь подписать? – Один из них спрашивает меня. – Шляпу? Пару мячей?
Я пытаюсь объяснить, что шляпу собираюсь носить, а не продавать, но он не может понять, что я – всего лишь болельщик.
Тренеры появляются первыми. Они никого не интересуют. Кроме меня. Никто, похоже, не знает, кто такой Ино Гуэрреро, да и не хочет знать. Я радуюсь, заполучив автограф Адама Худзи на его фотографии в форме «Ред сокс», а остальные только пожимают плечами. Соответственно, не обращают они внимания и на игроков «Осьминогов», которые проходят мимо нас («Дамиан Роудс, – называет один Дамиана Роллса, – раньше играл за „Балтимор“», – путая его с прежним клоузером Артуром Роудсом).
Когда автографы начинает раздавать Варитек, профессионалы напирают, прижимая меня к забору. Поскольку Тек видит не нас, а только наши руки, профи, получив первый автограф, подается назад, тут же достает второй мяч или биту из своего арсенала и вновь подсовывает на подпись. И пусть кто-то этим недоволен (особенно те, кто остается без автографа), профессиональные охотники за автографами именно этим и зарабатывают на жизнь.
– Сколько ты получил автографов Варитека?
– Три.
– Ха! А я – четыре.
Я получил один и счастлив. Спасибо, Тек.
Джонни Деймон раздает автографы долго. Как Тек, он старается ублажить всех, всегда вежлив, улыбается. Для мужчины такого дикого вида говорит он на удивление мягко, ведет себя безупречно, даже с самыми настырными болельщиками; родители должны им гордиться. Поуки сегодня расписывается (такое случается с ним не всегда), и Марк Беллхорн. Профи судачат о других игроках, которые оставляют нас без внимания, Шиллинге и Уэйке (хотя Уэйк, я слышал, раздает автографы только на благотворительных мероприятиях, и это его право нужно уважать). Они говорят, что Педро и Мэнни практически никогда не подходят к этим «окошкам», и они ни разу не видели здесь Орландо Кабреру.
Дуг Миенткиевич останавливается, чтобы раздать автографы, и Дуг Мирабелли, Дейв Маккарти, Рикки Гутиэррес, Билли Миллер, Дейв Робертс. Шляпа выглядит отлично, черные росписи на серебристом фоне. К четырем часам у меня автографы половины команды.
Если прийти завтра и в четверг, думаю я, можно добрать едва ли не всех остальных. И даже после трех часов толчеи, наслушавшись бравады и ругани этой компании, я знаю, что вернусь. Потому что пусть эти ребята и профессиональные сборщики автографов, в них остается что-то детское и доверчивое. Ходят слухи, что в следующем году команда увеличит служебную территорию и «окошек» в заборе больше не будет. Я надеюсь, это неправда, потому что для обычного болельщика вроде меня «окошки» – единственное место, где можно оказаться на расстоянии вытянутой руки от игрока.
