И если вы оказывались одним из тех, кто непременно должен дослушать историю до самого конца, то вам предстояло стать свидетелем момента, когда рассказчик начинал бубнить себе под нос что-то совершенно невнятное, и вы уже слушали одинокий голос в тиши сумасшедшего дома.
Девушка подошла к Виллу Барби около стеклянного здания Тройан Филд, нового муниципального аэропорта Кларендона, когда он вышел на летное поле и с напряжением всматривался в свинцово-серое небо в надежде увидеть прибывающие самолеты. Он почему-то вздрогнул и стиснул зубы — наверное, порыв мокрого восточного ветра заставил его сжаться. А она была прекрасна и невозмутима, как фирменный холодильник.
Ее роскошнейшие рыжие волосы стоили миллиона. Нежное, белое, очаровательно-серьезное лицо только подтверждало его первое впечатление: это была удивительная и редкая девушка. Их глаза встретились, и уголки ее довольно крупных губ приподнялись в легкой улыбке.
Барби, задохнувшись, повернулся к ней, снова заглянул в серьезные, но все-таки улыбающиеся глаза — они были по-настоящему зеленые. Он оглядел ее, пытаясь понять, что заставило его так тревожно вздрогнуть при встрече, и почувствовал необъяснимую тягу к незнакомке. Жизнь научила Барби довольно цинично относиться к женщинам, и раньше он считал себя неуязвимым.
Ее деловой зеленый габардиновый костюм был моден и строг, прост и дорог и, несомненно, специально подобран под цвет глаз. Прохладный, ветреный осенний день заставил се накинуть короткую пушистую белую шубку, Барби решил, что это мех полярного волка, — наверное, обесцвеченный, если не альбинос.
Но котенок! Котенок явился для него полной неожиданностью. У девушки была сумочка из змеиной кожи, сделанная по последней моде, с двойной ручкой через плечо, напоминающей кольца свернувшейся змеи. Сумочка была приоткрыта, как корзинка, и оттуда высовывался совершенно очаровательный черный котенок, еще совсем маленький, любопытный и довольный собой. На шее у него красовалась алая ленточка, завязанная двойным бантиком.
Оба смотрелись просто восхитительно, но котенок, который смотрел на вырывающиеся из серой мглы огоньки, не очень то подходил этой девушке. Сомнительно, чтобы она стала умильно пищать над умненькими зверушками. Такие шикарные штучки, как она, молодые и модные деловые женщины, обычно не включают в свой гардероб даже самых очаровательных котят.
Барби постарался отогнать легкую, но неотвязную тревогу и прикинул, откуда она могла знать его. Кларендон — небольшой город, и все журналисты вращаются в своем кругу. Такие рыжие волосы не забудешь! Он снова повернулся, чтобы убедиться, что зеленые глаза смотрят именно на него. Да, на него.
— Барби?
Ее голос звучал решительно и бодро. С легкой хрипотцой, возбуждающей, как ее волосы и глаза. Она обращалась к нему непринужденно и несколько отстраненно.
— Вилл Барби, — подтвердил он. — Репортер «Кларендон Стар».
Совершенно заинтригованный, он начал распространяться на эту незначительную тему. Может быть, он надеялся понять, почему в первый момент испугался ее? Ему не хотелось отпускать девушку.
