Костные материалы из Красноярского края (Минусинской котловины), предоставленные для исследования и частично для экспозиции в нашем музее, в основном относятся к раскопкам, произведенным под руководством С. А. Теплоухова в 1923–1930 гг., М. П. Грязнова в 1958 г. и следующие годы, в меньшей мере к его же находкам более ранних лет, а также к находкам Г. П. Сосновского 30-х годов. Эти костные материалы обогатили наши представления о древности тех или иных заболеваний и области их распространения в разные эпохи. Некоторые из этих исследованных нами костей с патологическими изменениями являются уникальными.
В разборе и обработке результатов исследования костных материалов из позднейшей экспедиции М. П. Грязнова участвовали мои товарищи по кафедре: старший научный сотрудник М. А. Финкелыптейн, врач
Г. А. Третьякова и старшие научные сотрудники В. И. Садофьева и З. Б. Альтман. Последний активно участвовал в раскопках 1961 г.
Остановимся вначале на наиболее древней находке Я. А. Шера, относящейся к неолитической эпохе. Я. А. Шер обнаружил довольно полный скелет при раскопках в 1963 г. в Третьем, или Черемушном, Логе, на правом берегу Енисея. Кости были присланы нам.
Это скелет мужчины в расцвете сил (около 35–40 лет), небольшого роста, без проявлений старения в костно-суставном аппарате. Коронки зубов стерты, без проявлений кариеса.
В коротких трубчатых костях кисти резко выступают места прикрепления сухожилий, связочного аппарата, апоневрозов. Окостенение всех этих мест и, следовательно, резко выраженный рельеф свидетельствуют о большой мышечной силе этого мужчины (рис. 91,
Рис. 91.
Места прикрепления капсулы резче всего выражены у основания пястных костей и умеренно в дистальных межфаланговых суставах. Пястнофаланговые и проксимальные межфаланговые суставы в этом отношении занимают промежуточное место.
Создается впечатление, что очень большая нагрузка падала на ладони, охватывающие и сжимающие орудие или оружие. В нескольких шейных позвонках правая половина дуги немного короче левой. Длинные трубчатые кости слева тоже немного короче, чем справа. Мощность этих костей с обеих сторон одинаковая. Происхождение асимметрии длины трубчатых костей не было уточнено.
Грудина представлена 3 отдельными сегментами — рукояткой, верхним сегментом тела и остальными, уже синостозировавшими сегментами тела грудины (рис. 91,
Неслияние рукоятки с телом грудины, а также тела грудины с мечевидным отростком наблюдается у известного числа даже пожилых людей. Это вариант нормального возрастного дифференцирования данной кости.
Неполное слияние второго сегмента тела грудины с нижней ее частью также представляет хотя и редкий, но еще нормальный вариант возрастного дифференцирования этой кости.
Отсутствие синостоза между первым сегментом тела грудины и остальной его частью представляет локальное торможение дифференцирования.
Обнаруженные особенности характеризуют лишь индивидуальное своеобразие данного человека неолитической эпохи.
Переходим к описанию больших костных коллекций, позволяющих представить и демографические, и палеопатологические данные, а затем — к единичным находкам.
В могилах Гришкина Лога (ранний, баиновский, этап тагарской культуры) в 1958 и 1960 гг. были обнаружены кости 116 человек, среди них 31 — это дети и подростки, т. е. почти 27 %. В возрасте от 1.5 до 5 лет было 12 детей, от 6 до 9 лет — 15 детей, от 10 до 13 — 3 и 1 подросток около 14–15 лет. У старших из них синостозы не наступили, иначе говоря, половые железы не были включены в работу эндокринного аппарата (у девочек, в частности, менструации еще не наступили).
Причины смерти детей нельзя было установить на основании состояния костей. Обнаруженная патология не могла ее вызвать. У 5 были найдены следы рахита (может быть, слишком долго кормили грудью). У одного ребенка была ангиома лобной кости. У одного на плечевой кости — processus supracondyloideus — бессимптомная особенность.
Мужских скелетов было 26, из них молодых — 4, зрелых — 15, пожилых — 3, стариков — 4. Женских скелетов было 40, из них 2 полузрелых, т. е. в возрасте, когда не все синостозы наступили, 13 — молодых, 12 — зрелых, 8 — пожилых, 5 — старых. Пол у остальных 19 взрослых не удалось уточнить. Одна молодая женщина умерла во время незаконченных родов, скелет ребенка находился в ее тазу.
