— Видимо, твою кольчугу разорвало очень сильной магией, которой люди еще не научились управлять. В моей лавке нет такого магического оружия, которое могло бы навредить этой кольчуге. Думаю, ты столкнулся с неким животным, влезшим в магические залежи и сумевшим адаптироваться. Я обещал, что кольчуга выдержит магию, но я имел в виду магию, которой способны управлять маги, — Хаман, как ему казалось, очень логично оправдывался. Увидев, что Джоф его внимательно слушает, и решив, что тот согласен с его доводами, он продолжил более уверенно. — Но даже несмотря на это, я готов взять твою кольчугу в починку. Если ты ее оставишь месяца на два, то мои знакомые кузнецы ее отремонтируют, а я лично восстановлю ее магические свойства, хотя это принесет мне одни убытки и ударит по моему карману.
Хлоя меряла перед зеркалом какой-то амулетик. Кристоф щупал одну из мантий, сравнивая ее со своей. Балда искал глазами сбрую для лошадей или какие волшебные подковы, а Роджер просто ждал, когда они свалят с этой барахолки, в которой он в очередной раз думал найти что-то особенное, но снова безуспешно. Кристоф не понимал, как Роджер может что-то выбрать, если даже он сам не видит всех свойств предметов и амулетов, поэтому думал, что Роджер ищет надежную пращу, которую не придется менять каждый месяц. Джоф больше не улыбался.
— Ну, действительно, кто бы мог подумать, что охотник на монстров покупает кольчугу, чтобы защитить себя от монстров! Все же покупают броню для пьяных драк в трактирах. И ты предлагаешь мне отдать тебе дорогую кольчугу в починку и на два месяца остаться в моей старой ржавой броне, при этом зная, что я здесь проездом и следующий раз буду очень нескоро? Или, может быть, у тебя есть еще одна такая уникальная кольчуга на подмену, пока будут чинить мою, или даже что-нибудь лучше? — несмотря на веселые замечания, от игривого настроения Джофа не осталось и следа.
Хаман покачал головой. Были у него кольчуги и дороже этой, но все их магические свойства Джофу были не нужны, да и ладно бы магия, так ведь кольчуг такого размера в принципе не сыскать. Но даже если бы и была абсолютно такая же «уникальная» вещь, Хаман не стал бы ее показывать, чтобы не работать себе в убыток. Если бы он и мог предположить, что Джоф как честный малый вернет ему подмену, то мысль, что Джоф может просто не дожить до того времени и тем самым закрыть весь их спор, не позволила бы ему пойти на такие уступки. Хаман понял, что Джоф пришел не затем, чтобы вернуть товар, который он бы и не принял, и не затем, чтобы его починить здесь, а лишь для того, чтобы выбить хоть какую-то компенсацию. А значит, сейчас начнется торг.
— Джоф, раз ты не хочешь воспользоваться моей добротой и отдать вещь в починку, а я, так сказать, не смогу принять назад вещь, которая уже отслужила добрый год и, как видно, все-таки спасла тебе жизнь, то могу предложить тебе выбрать себе какой-нибудь товар в пределах, скажем так, десяти монет, в знак моего к тебе доброго отношения.
Джоф рассмеялся. Вот во сколько старый скупердяй оценивает его жизнь. Видно, придется стукнуть по прилавку сильнее.
— Роджер, Кристоф, во сколько вы оцениваете мою жизнь? — спросил здоровяк своих друзей.
— Не, Джоф, с такими вопросами сюда можно было и не ходить, — ответил Роджер
— Да, старик, мы сюда пришли за компенсацией, а не доплачивать, — присоединился к ответу Кристоф. — Но если ты про кольчугу, то, думаю, за двести золотых сможем в Товерне найти умельцев и восстановить ее первоначальный вид, а моральный ущерб, так и быть, простим: мы же честные люди, а не какие-нибудь грабители.
— Двести золотых? — ахнул побелевший торговец. — Как же после этого называть грабителей? Честными людьми? Да я за месяц столько не зарабатываю. Пятьдесят! — этого хватит вам, чтобы месяц не вылезать из кабака или из борделя, здесь уж как пожелаете.
— Может, в месяц ты двести и не зарабатываешь, однако тысячу заработал за один день, когда втюхал мне эту рванину, — Джоф не считал свою кольчугу такой уже рваниной, но раз Хаман перевел торговлю в режим «Берсерк», то было бы невежливо его не поддержать. — Сто восемьдесят золотых, и пусть меня поразит молнией, если я пожадничал.
Молния Джофа не поразила, но Кристоф недвусмысленно кашлянул в кулак, намекая, что не стоит делать таких заявлений в магической лавке опытного колдуна, а то потом никому ничего не докажешь.
— Ну что же, вижу — торг сводится к сотне золотых, как раз посередине. Давайте на ней и сойдемся, — дружески улыбнулся Хаман, но ответная улыбка Джофа не была такой же радушной, потому что он знал еще одну слабость старого торговца.
— Так доставай золото, старик, посмотрим на его качество!
Преждевременная улыбка снова покинула лицо Хамана, и радость его маленькой победы развеялась как дым. И даже не мысль о том, что они могут придраться к его истершимся монетам и запросить новенькие и целехонькие, но сам факт того, что придется расставаться с деньгами, заставлял старика нервно трепетать.
