— Привет, Ники… С новым годом тебя. — Черт, не могу сдержаться. — Ники, насчет того утра… Почему ты тогда ушел? Хотя нет, молчи. Лучше встретимся. Давай? Я так хочу увидеть тебя… И расскажешь, идет? Приедешь ко мне?
— Нет. — Сердце пропустило удар. Он не хочет меня видеть? — Придется тебе самому прийти ко мне… Я в больнице, Влад.
На меня будто вылили ушат ледяной воды и первое время я судорожно пытался вспомнить, как нужно дышать, стало ужасно холодно, сердце в этот раз реально грозило выскочить из грудной клетки.
В больницу я летел, нарушая все известные правила дорожного движения. Припарковался прямо на дороге, недалеко от здания, пусть хоть эвакуируют, хоть штрафы выписывают, плевать, мне срочно нужно узнать, что произошло с моим котенком. Влетел через парадный вход, побежал на лестницу, к черту лифт, не могу ждать… Добежал до пятого этажа, так, мне нужна пятьсот четвертая палата. Ну и где в этом гребаном лабиринте ее искать? Пока пытаюсь найти нужную палату, стараюсь выкинуть из головы все мысли. В ушах до сих пор звучит голос моего Ники «На меня чуть не наехала машина». Чуть не сбила… Чуть — это насколько? Какие только жуткие картины мне не подкидывал мой мозг… Так, наконец-то нашел палату моего мальчика, глубокий вдох, собраться с духом, и вперед. Не ожидая ничего хорошего, но в глубине души, тайно надеясь на лучшее, толкаю дверь палаты.
Сразу нахожу глазами своего ангела и не могу сдержать счастливую улыбку. Никаких окровавленных бинтов и полностью загипсованного тела, как я себе напредставлял, да и вообще, по тому, как он сидит, не скажешь, что у него вообще есть причина находиться в больнице. В палате он сейчас один, но койки четырехместной палаты, судя по всему, явно заняты.Мальчик мой, всё такой же жизнерадостный, милый, светлый… Сидит на койке и что-то читает в своем телефоне, слегка улыбаясь. Хочется сползти по стенке и в истерике подхихикивать над своей реакцией, над дебильным воображением, рисовавшим мне адские варианты того, что могло произойти с моим зайчиком. Дыши, Влад, дыши.
— Привет… — Улыбается мне так нежно, так тепло, так искренне.
— Привет, Ники. — Сажусь на его койку. — Что произошло?
— Да по сути ничего особенного, я шел по обочине и какой-то чувак со встречки решил резко развернуться, мне в какой-то момент показалось, что он не подумает останавливаться и наедет на меня, и я, испугавшись, попытался отскочить… Рыпнулся, но, видимо, слишком резко. Ну, понимаешь, после ночи мне не следовало делать резких движений. — Ловлю смущенную улыбку — В общем, я переоценил возможности своего организма на тот момент и в попытке отскочить, я споткнулся, упал и вот… — Поднимает одеяльце, показывая белоснежный гипс на правой ноге. Блядь. А я только вздохнул спокойно… — Но ты не переживай, там не все так страшно, всего лишь перелом лодыжки, как я понял, через пять недель его уже снимут…
— А почему тебя тогда держат в больнице? Разве с гипсом не дома сидят?
