Пока договаривались, дошли до института, так что, попрощавшись до вечера, разошлись по разным аудиториям. Мой выбор педагогического института был осознанным, я очень люблю детей (главное, чтобы они были чужими) и очень боюсь, что если и дальше учителя будут такими, как например, были у меня, то наша молодежь обречена на вымирание. В общем, я самонадеянно решил, что должен стать хотя бы одним нормальным учителем. Ну я, конечно, по знаниям себя, может, и переоценил, но зато я человек хороший и смогу помочь и детям стать, как минимум, тоже хорошими людьми.
А вот, что сынок депутата забыл в таком третьесортном ВУЗе, как наш, я искренне не понимаю. Владислав Соболев — самоуверенный, временами самовлюбленный, знающий себе цену, абсолютно забивающий на учебу, да и детей он любит не особо. Когда я поступил на первый курс этой осенью, Влад уже перешел на третий. И первый месяц в институте мы друг друга даже не видели, я ходил есть в столовку, он в уютное кафе неподалеку; я прилежно мчался на пары до звонка, Влад появлялся в своей аудитории только через несколько минут после начала пары, так что в коридоре мы тоже не встречались; он практически жил в курилке, а я не курю вообще. Но слухами земля полнится, и несмотря на то, что мы ни разу не видели друг друга, я о нем был наслышан, еще бы, единственная, так скажем, достопримечательность нашего средненького ВУЗа. Слышал я о нем много: властный, агрессивный, красивый, наглый, злой, эгоистичный, бесчувственный. Сейчас, подружившись с этим человеком, я понимаю, что в этот раз слухи сильно преувеличены, что не наговорят из зависти к красивому, богатому и доброму парню. Как говорится, пиздеть — не мешки ворочать, вот и придумывают кто на что горазд.
