В процессе дознания Евдоким составил список талантов и подал его на утверждение короля. По его приказу, разумеется. Поэтому людей хоть и виновных, но интересных и талантливых, постарались приберечь, заменив казнь заключением. Пожизненным, разумеется. Выпускать на волю этих кадров Иоанн не видел никакого смысла. А получить для своей разведки и контрразведки ценных специалистов — считал делом богоугодным и очень полезным.
В первую очередь короля интересовали специалисты по вскрытию замков, подделке монет с печатями да грамот. Их было немного. Особенно последних. Этих счастливчиков подавали вперемежку с остальными. Чтобы не однообразно все шло и имелась определенная интрига. Шоу как-никак.
Дальше пришел черед представителей банд.
Их выводили сразу, всей компанией. И начинали с наименее провинившихся. Здесь казнили всех. Но куда более вариативно. Однако каждый акт наказания был не слишком продолжительным. Ибо зачем? Там вон — еще целая толпа ждет.
Убитого скидывали с помоста.
Раздевали, если не проделали это ранее.
Цепляли крюком и лошадью оттаскивали к берегу реки, где грузили на струг. С той целью, чтобы позже привязать к ноге камень и выбросить за борт. Где попало. Предварительно вспоров живот, чтобы не вздулся и не всплыл. Никаких могильников. Просто «где-то в реке» утопили на корм рыбам.
Наконец дошла очередь до людей, замешанных или связанных с покушениями на короля. И там, совершенно «неожиданно», оказалось несколько человек из ближайшего окружения Элеоноры.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он у бывшей супруги на латыни самый невинным тоном, когда потрошили одного из его самых доверенных слуг. Он особенно отчаянно визжал, с мольбой смотря на нее. Но она, лишь поджав губы сидела, потупившись.
— Отлично, — не то прошептала, не то прошипела она.
— Тогда, полагаю, тебя не сильно расстроит новость о том, что я распорядился зарезать всех, кто служит тебе.
— ЧТО?! — вспыхнула она.
— Милая, — подпустив как можно больше яда, произнес Иоанн, — ты ведь замешана в покушении. И там, — кивнул он на помост, должна быть ты. Вместе с ними.
— Так в чем же дело? — скривившись процедила она.
— Я не такой жестокий человек, как ты думаешь. Разве я так поступлю со своей бывшей супругой и матерью моих детей, которая несколько раз покушалась на мою жизнь и власть? Нет, нет и еще раз нет. Просто каждый раз, когда я буду уличать тебя в очередной гадости, все, кто тебе дорог и близок будут умирать.
— Тварь… какая же ты тварь…
— Сейчас мои люди в аббатстве выкладывают розочку на полу из отрезанных голов. Надеюсь, не слишком пошло?
Элеонора промолчала.
— Может быть из их кишок на стенах гирлянды развесить?
— Ты ума лишился?
— А ты, разве нет? Чего тебе не хватала, дура? Чего? Если бы ты всю эту грязь не затеяла, ты бы и так была вторым человеком в державе. Я бы сходил в Крестовый поход. Освободил Константинополь. И пошел бы дальше… Маленькая принцесса крошечного Неаполя могла стать Василевсиной… Императрицей. И Императрицей не как в Священной Римской Империи. Нет. Настоящей. Не фальшивой. А ты… Змея…
— Прости, — вставил свое слово нунций. — А что значит настоящий Император?
— А что такое Империя? Чем Империя отличается, например, от королевства или герцогства?
— Ну… — начал было говорить Педро Гонсалес де Мендоса, примас Испании и архиепископ Толедо, выступавший в роли нунция, но завис, обдумывая этот вопрос. Он вдруг понял, что вот так в лоб, прямо и лаконично не может ответить.
— Ничего хитрого и сложного в вопросе нет. Государства бывают разные. Мелкие города-государства, как, например, в Италии. Самостоятельные графства или княжества покрупнее. Царства-королевства. И, наконец, Империи. Их отличает не только размер, но и форма устройства. И если княжество или там герцогство может еще себе позволить привычную модель подчинения, когда рыцарь приносит оммаж барону, барону графу, граф герцогу и так далее. То уже для королевства — это решение не приемлемо. Да, оно возможно. Но в этом случае мы говорим о варварском королевстве.
— Ты, верно, не знаешь, что варварским, принято называть королевство, власть в которой держит самозваный правитель, не благословленный Святым престолом.
— Это ошибочное мнение, — нейтральным тоном заявил Иоанн. — Варварский король — это король, который выстроил в своей державе все по варварскому обычаю, а не по имперским традициям. Он, к слову, вообще не обязательно христианин. Или ты забыл о том, что ранее многие земли были под рукой язычников и их правителей?
— Допустим, — кивнул де Мендоса. — Но что же такое Империя по твоему мнению?
