Большая Игра. Антивирус полностью

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Это началось много лет назад. «Много» – по моей системе отсчета тридцатилетнего с небольшим человека. Точнее сказать не получится, поскольку не могу уверенно определить то событие, от которого можно было бы взять отcчет.

Сначала это было что-то вроде ощущения, не более того: легкое сомнение, закрадывающееся в мысли время от времени, далеко не часто. Да и отношение к нему было несерьезное. Ведь тогда у меня не было того объема доказательств и умозаключений, которыми я располагаю сейчас. Максимум, что могло появиться в мозгу, родившись из тех ощущений, так это простая мысль, которую можно было достаточно полно описать лишь тремя словами: «странно это устроено». Мне верится, что такие умозаключения обнаруживает в себе большое количество людей по всей планете, причем периодически. Кто-то об этом задумывается больше, кто-то меньше, все зависит от наличия свободного времени и склонности к праздным размышлениям. Но навряд ли кто-то думает об этом всерьез, разве что профессиональные философы, но мне кажется, что и они притворяются. Просто у них работа такая: думать про подобные вещи, и если они признаются, что это не всерьез, то им, скорее всего, перестанут платить. Ведь для того их и назначили, чтобы они эти самые «странности устройства» объясняли, хотя, на мой взгляд, у них это выходит крайне скверно.

Но вернемся к упомянутому ощущению «странности»: откуда оно берется? Оно порождается вопросами. А откуда вопросы? А они отовсюду! Они рождаются в наших мозгах с раннего детства и живут до глубокой старости. Почему во вселенной такие законы, что земля круглая, зимой холодно, а летом жарко? Зачем так устроено, что человеку нужно все время есть и спать? Почему все, что мы хотим, после получения нам становится менее интересно? Почему большинство приятного – вредно? И еще множество других подобных им или вовсе непохожих таких вопросов можно сгенерировать бесконечное множество. Ну а самый глобальный из них звучит так: «зачем я здесь?».

Если вернуться к «специалистам», то у них, честно говоря, пока только получается объяснять, почему всего этого объяснить нельзя. То есть вопросы остаются без ответов. Отсюда и это «ощущение странности». Кстати, это явление, я имею в виду ощущение странности, носит отдельное профессиональное название – «эффект белых ниток». Но об этом позже.

Итак, точные координаты точки отсчета этой истории я дать не могу. Можно было бы вообще забыть об этом: какая разница, когда все началось? Но дело в том, что особенность моей истории такова, что без участия ретроспективы она навряд ли будет воспринята должным образом. Поэтому я очень постарался идентифицировать начало тех событий, которые здесь описываются.

Я долго размышлял на эту тему и в конце концов решил, что не сильно покривлю против истины, если приму за точку отсчета тот момент, когда упомянутые ощущения странности впервые сублимировались у меня в четкое логическое построение. Самое первое и очень далекое от конечного понимания, но все-таки реально существующее. Конечно, я не могу быть уверенным, что это событие, сохранившееся в моей памяти, было первым из себе подобных, но это, наверное, уже не так важно. Главное выстроить систему с началом и продолжением, а софистическая она или нет – дело по большому счету дальше, чем десятое.

Началась эта история, еще когда я учился в институте и, как и положено самостоятельному студенту, работал ночным сторожем в офисе. Работа эта была, как принято говорить, не пыльная, заключалась она в том, что пару раз в неделю после института я ехал в один из офисов в центре города и сидел там на кухне, дожидаясь, когда его покинут последние обитатели. Затем я запирал входную дверь на ключ и оставался предоставленным самому себе. Для сна была раскладушка, для еды – микроволновка, для настольных занятий – любой офисный стол данного помещения. За все это еще и неплохо, по студенческим меркам, платили.

Если прибавить тот факт, что смены иногда выпадали на выходной и в этом случае дежурство продолжалось еще и целый день, то становится понятно, что у меня была масса времени для того, чтобы читать и размышлять на философские темы, валяясь на той самой раскладушке.

Думаю, что именно такая ситуация стала катализатором того, что произошло. Ведь настолько большое количество времени, проведенное в трезвых размышлениях на упомянутые темы, весьма нехарактерно для столь юного возраста. Как, впрочем, и для более старшего тоже.

Я часами лежал, смотря в потолок и размышляя о вечном, в обнимку с книгами. И вот однажды вечное мне ответило. Ответом стало формирование в моем мозгу, или где там на самом деле это формируется, четко вычерченной идеи. Тогда мне это показалось грандиозным прозрением, даже в масштабах человечества. Ведь я не знал всего того, что знаю сейчас, и уж тем более не имел таких навыков.