Можно сделать быстро, но плохо, а можно – медленно, но хорошо. Через некоторое время все забудут, что было быстро, но будут помнить, что было плохо. И наоборот.
Порядок освобождает мысль.
Критикуешь чужое, предлагай свое. Предлагая – делай.
Кто хочет работать – ищет средства, кто не хочет – причины.
Самая страшная отрава даже для очень мудрого и сильного человека – это постоянное восхваление его и его деяний.
Всегда держись середины, оглядываясь на края.
Деньги не цель, а возможность. Если относишься к ним как к силе, дающей разные возможности, то ты будешь ценить деньги, но они не поработят тебя.
Cлепая доброта может причинить немало плохого. Знай, кому и зачем ты делаешь добро!
За обидчивостью кроется сознание собственной неполноценности, за сентиментальностью – жестокость.
Принижение, особенно добровольное, еще опаснее, оно рождает привычку быть руководимым, снимает ответственность за свои поступки, за свой путь.
В каждом из нас две половинки: одна рвется к новому, другая бережет прежнее и рада вернуться к нему. Вы знаете это и знаете, что никогда возвращение не достигает цели.
Чем отличаются дети от взрослых? Они думают, что мир устроен для них и что всегда так и будет. Чем отличаются молодые от пожилых и старых? Они уже знают жизнь, но думают, что у них, у каждого все будет по-иному.
Под звездами не рыдают – под ними живут.
Большинство людей не понимают, что великое многообразие и красочность мира будут служить им крепчайшей душевной поддержкой на протяжении всей жизни.
Как ни называть, важно, чтобы искусство несло утешение, а не развлечение, увлекало на подвиг, а не давало снотворное, не занималось исканием дешевого рая, не превращалось в наркотик.
Оптимальна дружба с природой, а не победа над ней.
Духовное одиночество – это подобие ада; прорыв к читателю, то есть к его пониманию, – путь через чистилище. Удовлетворение сделанным – награда за труд большая, чем зарплата и гонорары.
Именно память делит время на прошлое, настоящее и будущее, из которых реально только прошлое.
(1915–1979)
Нет ничего трудней, чем гибнуть, не платя смертью за смерть.
Есть глаза, которые дают, есть глаза, которые берут, и есть глаза, которые не пускают.
– Как по-твоему, для чего человеку голова дадена: чтоб «да» говорить или чтоб «нет»? – Чтоб мозги в ней иметь.
…Незаменимых нет. Верно, нет – все так. Но ведь и заменимых тоже нет. Нет на свете ни одного заменимого человека.
Кому много дано, с того много и спросится.
Воспоминания никогда не бывают настолько далекими, чтобы ничего не значить. Образованный человек тем и отличается от необразованного, что продолжает считать свое образование незаконченным.
…Не только горечь воспоминаний, но и вера в свои силы – то духовное здоровье, которое позволяет людям называть своими именами даже самое тяжелое из всего случившегося в их жизни.
Бывают мысли, которые, как какой-нибудь секретный документ, хочется поскорей сжечь. Чтобы от них и следов не осталось.
Одиночество – вещь не плохая, но его нельзя принимать лошадиными дозами.
Лучше сделать молча, чем, сказав, не сделать.
Жизнь дана для счастья.
А человечество ценно, все-таки, не своим гроздящимся количеством, а вызревающим качеством.
В страну прошлого билеты не продаются.
Истина мгновенно ускользает, как только ослабится напряженность нашего взора, – и при этом оставляет нас в иллюзии, что мы продолжаем ей следовать. От этого вспыхивают многие разногласия.
Как легко раздразнить человеческое желание и как трудно насытить раздразненное.
Одна из утомительных необходимостей человечества – та, что люди не могут освежить себя в середине жизни, круто сменив род занятий.
Интеллигент – это тот, чьи интересы к духовной стороне жизни настойчивы и постоянны, не понуждаемы внешними обстоятельствами и даже вопреки им. Интеллигент – это тот, чья мысль не подражательна.
Есть высокое наслаждение в верности. Может быть – самое высокое. И даже пусть о твоей верности не знают. И даже пусть не ценят.
Умного на свете много, мало – хорошего.
Одна большая страсть, занявши раз нашу душу, жестоко измещает все остальное. Двум страстям нет места в нас.
