Пан Теодор крутил педали и внимательно смотрел на дорогу, а Антоша, повернув голову и держась за Федину спину, провожал взглядом Арину. Как же здорово это будет, думал он. Ночевать в лесу, есть еду, приготовленную на костре! Чудо, чудо! Вот так каникулы выдались в это лето! Эх, как же хорошо, что в этом учебном году в их классе появилась Арина Балованцева! Такой колбасой завертелась-закрутилась жизнь…
Антоша уже забыл, как дулся на Балованцеву за то, что часто она перехватывала у него инициативу в выдумках, как ругался, когда она не давала ему проявить себя… Но он был добрым и незлобивым человеком, а потому вспоминал только хорошее. Вот и сейчас он жмурился от восторга, предвкушая весёлые приключения в индейском лагере. И поминал Арину Балованцеву добрым словом.
Федя Горобец оказался на месте встречи первым. При сборах он поступил как человек разумный: собираясь жить в лесу, сделал упор на питание и тёплые вещи. А потому к багажнику его велосипеда были прикручены сумка с картошкой, свёрнутый в трубочку спальный мешок, рюкзак с набитыми в него свитерами, носками и консервами в жестяных банках.
Арина и Витя появились с разных сторон почти одновременно. Вещей с собой Балованцева взяла совсем мало, сказала, что нет у неё ничего. Зато вырядилась на славу.
– Слушай, такое впечатление, что это у тебя настоящая индейская одежда! – трогая кожаную Аринину рубаху и такие же штаны, покачал головой Федя. – Из Америки тебе, что ли, привезли?
– Нет, – Арина помотала головой, отчего косы – самые настоящие две косы! – качнулись туда-сюда.
– Погоди, а косички откуда? – настала пора удивиться Вите: ведь только что, каких-то пару часов назад, у Арины была её обычная причёска – до середины прикрывающее уши каре.
Антошка Мыльченко всё равно ещё не подошел, делать было нечего, поэтому Арина рассказала, что «настоящую индейскую одежду» этой зимой она сшила себе сама из светло-коричневого маминого кожаного костюма. Пиджак перекроила в рубаху, по всем правилам, руководствуясь книжкой о быте индейцев Северной Америки, и вышила её. А из маминых брюк, которые она, как смогла, уменьшила, замострячила штаны – и тоже очень хорошо получилось, удобные такие порточки вышли. Они по-индейски называются легины[1].
– Но это же куча труда и времени! – ужаснулся Федя.
– А делать всё равно мне нечего было, – сказала Арина, – я тогда болела и сидела дома. А вот мокасины[2] сшить не смогла, хоть там, в книжке, и выкройка была. Времени не хватило – выздоровела…
– Но косы-то ты как отрастила?! – Витя всё ещё не верил своим глазам.
– А вот это уже женский индейский секрет! – улыбнулась Арина. – Но вам, как братьям по мафии, скажу – они искусственные. Подвязываешь к волосам лентой и заколочками специальными – и плетёшь косы, какой тебе надо длины. Главное, по цвету подобрать, чтобы похоже было.
И она показала, как к своим коротеньким хвостикам она прикрутила мягкие бархатные ленты с прядями тёмно-серого цвета – как раз под цвет волос. Заплела их. И получились косы. Почти как натуральные. Издалека так вообще не отличить.
Да, братья по мафии удивились так удивились – Арина действительно была похожа на настоящую индейскую девочку. Видимо, она долго готовилась к этому и не раз примеряла свой наряд перед зеркалом. И сейчас, наверно, крутилась – так что захватить еду и тёплые вещи, как договаривались, просто забыла.
Словно догадавшись о мыслях о провизии и снаряжении, посетивших Витю и Федю, она сказала:
– А еды и правда я никакой не нашла. Взяла вот только мешок конфет и копчёную колбасу. Всё остальное по кастрюлям и мискам разложено. Я решила, что не донесу. Но я деньги взяла! Купим.
– В лесу? – усмехнулся Федя и увидел, как Арина нахмурилась, переживая, что не всё смогла просчитать и забыла такую немаловажную деталь, как отсутствие в лесу магазинов. Но Федя тут же пожалел своего делового командира и весело тряхнул Арину за плечо: – Не переживай, нам хватит, мы, видишь, много набрали.
Арина что-то ещё хотела сказать в своё оправдание, но тут появился Антошка, и…
Все замерли.
– Уважаемый шаман, ты чего это? – после долгой паузы первым пришёл в себя Федя Горобец.
– Чего? Я готов. Поехали, – бодро скомандовал Антоша.
Уж он нарядился так нарядился, как заправский участник самодеятельности, которому предложили проявить фантазию и пользоваться при изготовлении костюма всеми возможными доступными средствами.
– Да как же ты по улице-то шёл? – ахнул Витя. – И не загребли тебя ни в какое лечебное учреждение?
– Ну… – обиделся Антоша. – Чего пристал?
– Не трогай его, Витя, – заступилась тут же Арина. – Играть так играть. Он у нас кто? Жрец. Собеседник великих духов. Ему можно. Грузись, Антоша, к пану Теодору на велик.