Маленькие и большие индейцы с огромным интересом смотрели, как посредством их танцев ведётся борьба с наркотиками.
– Тогда, раз ты ни того, ни другого не признаёшь, танцуй! – выйдя из круга, сурово скомандовала Арина. – Или ты прилюдно говоришь, что больше никогда не будешь покупать и употреблять наркотики, или, чтобы отстоять своё право на них, танцуй до захода солнца. И спокойно себе уходи куда хочешь. Хоть домой, хоть на поиски своего прекрасного ганджубаса. Но если ты остановишься, в смысле закончишь танцевать раньше, тебе придётся дать обещание, что ты не прикоснёшься к наркотикам больше никогда. Понял, Стас?
Условия были поставлены так грамотно, что у Стасика не было больше никакой возможности увильнуть. И пришлось согласиться.
– А ну вас на фиг! Я… Продолжаю танцевать! – гордо воскликнул он. И даже, совсем как индеец, вскинул голову.
– То есть до захода солнца? – уточнила Арина.
– Да!
– А если остановишься раньше захода солнца, это будет означать, что ты добровольно отказываешься от наркотиков, правильно?
– Да!
– Ну и танцуй! – весело скомандовала Арина.
– Ну и буду! Прикольно! – не сдавался Стасик. – Мне вообще нравится. А ты – не командуй!
Вот первая группа танцоров сменилась второй. А Стасик поплясывал. Он разумно экономил силы, стараясь не совершать трудоёмких и выматывающих движений. Ему, похоже, даже понравилось – эдакая индейская народная дискотека. А дискотеки Стасик ой как любил…
Индейцы веселились: соревновались в пении, игре на своих инструментах и, конечно, в танцах. Кто только не плясал со взмокшим Стасиком! И группа самых маленьких девочек, и вдохновенные тётеньки, и лихие Молодые Волки.
Время перевалило за обед. Но мысли о еде как-то отступили. Все следили за героическим Стасиком, который ради своих пристрастий был готов на такие жертвы.
Небесный Огонь совершил очередной стратегический шаг. Всю свою команду охранников он усадил за барабаны. И теперь все четверо бодро выстукивали, старались не сбиться с ритма. Вот повезло так повезло, думал каждый из них: редко когда представлялась возможность сесть за барабан, обычно это доставалось более почётным людям Слёта – в основном музыкантам, которые специально на зимних индейских собраниях обучались. А тут вдруг такая возможность!
– Это потому что особое военное положение в лагере! – прошептал Топору В Полёте Боевые Ножницы и обратился за подтверждением к своему соседу: – Скажи же, Мечтающий В Лопухах?
– Ну! – подтвердил Мечтающий в Лопухах, с довольным видом молотя по барабану.
Осторожный Лосось ничего не сказал: на него как раз смотрел Небесный Огонь. Какие разговоры могут быть во время столь ответственного задания?
Но ближе к пяти часам вечера – времени, на которое была договорённость с Дымом Богов, один из четвёрки явно занервничал, заёрзал, заторопился. Это не укрылось от взора Небесного Огня, Летящей Лани и Арины Балованцевой, которая, сжимая в руке свой мобильный телефон, моталась вокруг площадки с пляшущими индейцами и неутомимым, всё ещё верным своему пристрастию Стасиком.
Да, один из барабанов сбивался с общего ритма – играющий на нём то и дело вертел головой в разные стороны. Даже на часы, что лежали у него в кармане, несколько раз аккуратно посмотрел…
– А когда нас сменят? – спросил он у проходящей мимо Летящей Лани.
Лань, которая была в курсе операции, весело подмигнула всей четвёрке и, словно речь шла о невероятно приятном подарке, ответила:
– Не волнуйтесь, ребята! Не сменят! Ещё полтора часа точно вы будете играть! Время у вас ещё есть, так что настучитесь в барабаны от всей души.
– Как полтора часа?..
– Ну, хочешь, ещё подольше поиграете. Договорились, краснокожие? – обратилась Летящая Лань к остальным барабанщикам. – Вас сменят через два часа.
– Ага!
– Да!
– Конечно! – послышались голоса.
– Нет! – заглушил их один. – Я не могу больше. Я устал! Смените меня, пожалуйста…
– Устал? – запричитала тут же артистка Лань. – Тебе не плохо? Как ты себя чувствуешь?
– Нормально, – слабым голосом ответил хитрый парнишка. Он, видно, понял, как играть на наивности этой добродушной толстой тётеньки. – Только… Голова кружится… И тошнит… Я посидел бы в тенёчке где-нибудь…
– Конечно, конечно! – подхватилась Летящая Лань. – Ты перегрелся на солнце! Вон оно сегодня какое активное! Тебя надо срочно заменить! Вставай! Иди в свой вигвам!
Два раза повторять было не нужно. Мнимый больной вскочил на ноги. А на его место за барабаном уселся по команде Летящей Лани невероятно обрадовавшийся мелкий Белый Карась. И забарабанил по натянутой коже. Хорошо забарабанил – от всей своей детско-индейской души!
А Мечтающий В Лопухах, неверными шагами доковыляв до палатки, в которой он жил в Отряде Молодых Волков, быстро пришёл в себя, покопался там, высунул нос, проверив, не наблюдает ли за ним кто… Осторожно вышел.
И, не привлекая, как ему казалось, ничьего внимания, поспешил в глубину леса.