Вот отправился Святогор на взморье. Там увидел чудовище, покрытое корой. Воспользовавшись тем, что чудовище спало, витязь ударил его мечом Финистом в грудь и уехал.
Между тем кора, покрывавшая чудовище, сошла, и под ней оказалась прекрасная девушка…
Вскоре до Святогора дошел слух о красоте девы, живущей на взморье. Потянулись к невесте женихи один за другим. Но Святогор легко превзошел соперников. Пленилось сердце красавицы необыкновенной силой витязя, и в скором времени сыграли они свадьбу.
Когда Святогор возлег на ложе со своей избранницей, он увидел оставленный Финистом шрам на груди девы. Понял великан, что от судьбы не уйти!
Необычным было рождение Вольги, будущего Волха. Его мать, княгиня Всеслава, гуляла по саду. Соскочив с камня, она наступила на змея. Говорят, это был сам Велес. Змей обвился вокруг ног Всеславы, и от него она зачала Вольгу.
Когда родился Вольга, с небес грянул гром, море заволновалось, земля затряслась. Так боги дали знать, что явился великий кудесник и сильный волхв.
После этого Вольгу прозвали Волхом Всеславьевичем.
Едва открыв глаза, Волх потребовал у матери пелена из железных лат, подушку из золотого шлема и свинцовую палицу вместо погремушки. Но удивительнее всего было то, что латы, шлем и палица росли вместе с Волхом. А герой взрослел не по дням, а по часам.
Вырос Волх могучим витязем. Бог Велес обучил его многим премудростям: оборачиваться ясным соколом, рыскать по полям серым волком, превращаться в гнедого тура с золотыми рогами.
Когда Волху Всеславьевичу исполнилось пятнадцать лет, он собрал дружину таких же молодцов.
Стоило только воинам Волха показаться на просеке, как от грома их оружия разбегались дикие звери и разлетались перелетные птицы.
Но чем было накормить Волху свою дружину? Ночью, когда люди засыпали, витязь превращался в волка и рыскал по лесам. Охотился на зайцев и лисиц. Соколом, с поднебесья, бил гусей-лебедей и уток.
Не только досыта Волх кормил дружину, но и одевал витязей в дорогие барсовые и соболиные шубы.
В то время правил в Новгороде Владимир Старый. В числе витязей, служивших ему, был Волх.
Владыка новгородского престола уже вошел в преклонные лета и не ходил в дальние походы. Только Волх Всеславьевич с дружиной искал себе ратных подвигов, а князю славы.
И вот как-то раз прослышал Волх, что чудь заволочская, которая, говорят, пришла из глубин Индии, хочет идти к Новгороду.
Обернувшись горностаем, Волх проскользнул во вражеские хранилища. Лукам перекусил тетивы, а мечи затупил о камни.
Вернувшись к дружине, Волх Всеславьевич разбудил воинов:
– Не время спать, пойдем на чудь заволочскую!
Подошли словене к чудскому городу, видят: высоки его стены, срубленные из столетних елей, крепки окованные железом ворота. Стража не спит ни день, ни ночь. Дружина впала в уныние.
– Здесь только муравей может проползти!
Но Волх, прибегнув к заклинаниям и принеся богатые жертвы Велесу, превратил своих людей в муравьев. Воины пролезли сквозь замки-запоры и вновь обернулись витязями.
Бросилась чудь на незваных гостей, да тут оказалось, что луки у нее испорчены, а мечи затуплены.
Закричал Волх своим воинам:
– Рубите старых и малых, только красных девиц не трогайте!
Стали витязи ходить по земле чуди заволочской. Всех посекли, лишь оставили красных девиц.
А сам Волх Всеславьевич пошел к острогу, где сидел чудской князь. Пнул ногой – разлетелись двери в мелкие щепки. Взял витязь князя за белые руки, да ударил об пол. Из того и душа вон. А княгиню его Волх взял себе в жены.
Разделил витязь чудские богатства – золото, серебро, скот – между воинами. Золото и серебро он делил бочками, а коней и коров – табунами. И на всех хватило. Переженил Волх своих воинов на красных девицах, и дружина с великой славой и добром возвратилась в отчие земли.
Но не все силачи в то время служили новгородскому престолу. Находились и такие, которые вели свой род от великанов и самой Лады, матери сырой земли. Жили они на широких дворах, пахали землю, сеяли рожь, варили мед и пиво.
Однажды ранним утром собрался Волх Всеславьевич брать дани с торговых городов Гурчевца и Ореховца.
Села дружина на добрых коней и выехала в чистое поле. А там Волх услышал оратая. Как будто шел пахарь и лемехами по камням чиркал. Но его самого не было видно.
Поехали витязи к оратаю, ехали до вечера, но так и не смогли доскакать. Пришлось Волху Всеславьевичу сделать привал на ночь. Но и на второй день не смогла дружина доехать до пахаря. Только на третий день, к вечеру, люди Волха завидели его. То был Микула Селянинович, также прозывающийся Ратарем Селягиновичем, то есть «пахарем каменистых полей».
Идя за серой кобылой в княжеской одежде, напирая на огромную кленовую соху, оратай клал глубокие борозды, вывертывая из земли дубы и целые скалы. Только золотистые кудри у Микулы Селяниновича качались, рассыпаясь по могучим плечам.
Подивившись виду пахаря, Волх учтиво поклонился ему и сказал:
– Здравствуй, добрый человек!
– Здравствуй, Волх Всеславьевич. Куда путь держишь?
