– У тебя были лавэ? Тебе бабушка Зина дала? Сколько? – накинулся на нее Лешка.
– У меня свои были! Заначка! Я думала праздник устроить! А теперь их нету! – Женька проверила все карманы, но ничего не нашла, хотела было снова начать страдать, как… – Ой, что это? – Она наклонилась, поднимая что-то с земли. – Враги вернули деньги?
Сашка с Лешкой вслед за ней с удивлением воззрились на мятую и грязную пятитысячную купюру.
– Настоящая?! – Лешка тут же выхватил деньги из руки сестры и с важным видом стал разглядывать их, подражая продавщицам в магазинах, как будто умел отличать фальшивки. – Женька, ты супер!
– Но это не мои! У меня было пятьсот!
– Враги украли пятьсот, а вернули пять тысяч? Какие милые у тебя враги, – улыбнулся Сашка.
– Мои враги лучше всех! – Женька вырвала купюру у брата из рук.
– Нет, но ведь это кто-то потерял… – озадачился Сашка. – Значит, надо вернуть!
– Братка, ты с дуба рухнул?! – Лешка покрутил пальцем у виска. – Ты только рот открой, что ты нашел лавэ – не, ты реально не втыкаешь? – к тебе толпа подбежит и будет втирать, что это их!
– А что же делать?
– Да все чики-поки: мы ночью совершили офигенный подвиг – вот Хозяйки и выписали нам премию. Мы же, типа, верим в сказки?
Сашке стало смешно. А Женька ласково потрепала брата по макушке:
– Лешка, ты дурень, – а потом улыбнулась: – Ладно, давайте считать эти деньги благодарностью за наш подвиг. Я одна знаю, как мы хотим их потратить?
И все рванули на «тарзанку».
Первым вызвался Лешка.
– Ну че, я ща всех порву. Прыгну круче всех. Прямо – оп-па! – и высморкаюсь в воду, а потом так красиво взлечу, – болтал он без перерыва, пока Илона надевала на него «систему».
Сашка смотрел на воду. Вода была самой обыкновенной водой. Никакого необычного желания купаться больше не возникало, и от этого было спокойно и уютно. Особенно рядом с Женькой, которая плечом к плечу стояла рядом с ним у ограждения. Плечо у нее было теплое, и Сашка вдруг вспомнил, как искал ее в темноте шахты, как боялся, что не успеет ее спасти, как пытался понять, она это или не она, ощупывая ее шею и ища кулончик. Покосился краем глаза: цепочка была, а кулончика не было.
– Жень, а где твой кулончик?
– Потеряла? – испугалась та, схватившись за цепочку. – Нет, на месте. Вот он. На спину залез.
Женька показала ему маленькую серебряную лошадку.
– Конь?!
– Спокойно, Сашка, это просто конь. Лошадь. Я лошадей люблю. Давно хочу научиться ездить верхом. Ухаживать за ними.
– Я тоже… – тихо сказал Сашка.
– Я мегагерой! – продолжал орать Лешка. – Омг!
– Жень, а что он такое говорит все время: «омг»? – решился спросить Сашка; он боялся, что она снова, как раньше, посмеется над его незнанием очевидного.
Но Женька и не думала смеяться, спокойно объяснила:
– Это аббревиатура: Oh my God – О мой боже. Если чего в его речи не понимаешь, не беспокойся – Лешка сам большинство слов мимо кассы использует. Дурень, одним словом.
– А.
Илона что-то передавала по рации на тот берег каньона. Лешка наконец перестал орать и зачем-то принял надменно-гордую позу.
– Знаешь, я хотела тебе сказать… – тихо начала Женька. – Спасибо тебе, Саш, ты ведь спас мне жизнь. Правда, я так тебе благодарна… Подожди, не перебивай, а то я потом не решусь. Я…
– МА-МА!!! – оглушительный вопль, десятикратно усиленный скалами каменной чаши, разнесся по парку.
Сашка с Женькой тут же уставились вниз. Лешка, болтаясь на тросе, орал не переставая. И они оба дружно рассмеялись: последний герой!
– Как хорошо все-таки, что все закончилось… – сказал Сашка, не зная что сказать и жалея, что Женьку прервали.
– А мне кажется, все только начинается…
– To be continued?[9]
– I feel so…[10]
Сашка оперся об ограждение другим боком и почувствовал что-то маленькое и твердое у него в кармане… Он знал: его оберег остался с ним.
«Как известно, комбинат народно-художественных промыслов обанкротился еще пять лет назад. После чего он был выставлен на продажу. Однако имуществом комбината до сих пор никто не заинтересовался, – про себя читала Женька Рыжова и не верила своим глазам. – С пятого марта комбинат снят с охраны, так как непонятно, кто должен оплачивать работу сторожа».
– Ух ты! – Она шумно выдохнула, откинулась на спинку кресла и по своей любимой привычке закинула руки за голову.
На стоящем перед ней мониторе был открыт новостной сайт их города, точнее, одна конкретная новость. Зато какая!
– Лешка! Иди сюда! Зацени! – немного обдумав известие, закричала на всю квартиру Женька, призывая старшего брата.
– Че орешь-то? – Спустя пару минут откуда-то из кухни появился тот.
– Читай! – Она отъехала на компьютерном кресле от монитора, чтобы ему было видно.
Лешка пробежался глазами по строчкам:
– И че?
– Ты что, не понял? Лешка, ну ты тормоз! Сегодня ведь седьмое, а значит, с комбината
– А!.. Так ты, типа, хочешь там пошариться? – спросил Лешка.
