Большая книга заговоров полностью

Кому-то по злобе в отместку делают нестоячку, а кому-то – наоборот. Мужчина от этого погибает. Исправить можно так. Находят в полу дома, где живет больной, сучок, обводят его трижды кругами ручкой от хлебного ножа и шепчут три раза:

Сгоняю и разгоняю кровь мужскую и злобу людскую. Как встал, так и упал. Слово и дело. Аминь.

В городе не всегда бывает пол деревянный и нет возможности отыскать сучок в доске от пола. Что же нужно делать, если пол покрыт линолеумом? Поступите так. Найдите сучок на дереве (дерево должно быть с мужским названием, тополь, ясень, дуб и т. п.), срежьте сучок под самую кору и скажите:

Больше не торчит. Аминь.

Отнимаю я, раба Божья (имя), у раба Божьего (имя) всю силу сильную, силу жильную, чтоб жила его не взыграла и не стояла ни на красивых, ни на некрасивых, ни на ласковых, ни на хитрых. Чтоб я была, его жена раба Божья (имя), для него одна женщина, одна девица и одна земная царица. Аминь.

Подсыпайте наговоренный этим наговором соли в еду мужу. Будет любить и на сторону не пойдет никогда.

Соль земная Богом дана, мною наговорена от измены раба Божьего (имя), чтоб мой муж меня больше жизни любил и никуда от меня не отходил. Ключ, замок, соль на порог. Аминь.

Не путайте этот наговор с приворотным. Его употребляют не в любовных делах, а тогда, когда необходимо расположить к себе доверием и уважением вашего начальника или же человека, от которого зависит ваша карьера или подпись на важном для вас документе. Читают перед тем, как пойти в нужное для вас место, три раза:

Как ярило любо-дорого всякому живому, как жалеет мать дитя, так пусть и я, Божья раба, буду не постыла, а мила для раба (имя). Аминь.

Ни за что не поручишься. Всякое может случиться. Человек бывает в таком яром отчаяньи, что ни слезы матери, ни улыбка дитятки любимой, ничто не выводит его из переживаний. Белый свет бы не зрил. Жить и то страшно. Вот в такой, не приведи Господь, миг необходимо человека полечить, иначе или головой занедужит или руки на себя наложит. Берут воды святой, ставят на стол, зажигают три свечи и читают наговор. Пока не умоют водой наговоренной, свечей не гасят.

На море, на окияне, на острове Буяне, на полой поляне, под дубом мокрецким сидит раб Божий (имя) тоскуя, кручинясь тоской неведомой, в грусти недознаемой, в кручине недосказанной. Идут восемь старцев со старцем, незваны, непрошены. Нашла беда лихая, прошла среди околицы, залегла в ретиво сердце рабу (имя). Щемит, болит головушка, не мил свет ясный, постыла вся родушка. Встаньте восемь старцев со старцем грозным грозно, ломайте тоску, бросайте отчаянье. За околицу кидала, от востока до запада, от реки до моря, от дороги до перепутья, от села до погоста. Нигде тоску-отчаянье не приняли, нигде ее не укрыли. Кинулась на остров на Буян, на море, на окиян да под дуб мокрецкий. Заговариваю я раба (имя) от лихой тоски по сей день, по сей час, по сию минуточку. Слово мое никто не превозможет ни духом, ни делом.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Наговорить воду после заката, опустить в нее крест и сбрызнуть больного.