Советские же суда (и «Армения» не была исключением) постоянно использовались для перевозки и первого, и второго, и пятого, и десятого. Было там и оружие, и боеприпасы, и снаряжение, и воинские подразделения тоже присутствовали — вперемешку с ранеными и гражданскими лицами. Немцы о подобном применении транспортных и санитарных судов прекрасно знали. А потому они с чистой совестью утопили бы «Армению» даже в том случае, если бы она была покрыта красными крестами от киля до клотика, и были бы правы — с юридической точки зрения.
Большевики широко использовали Красный Крест в качестве прикрытия, где надо и где не надо, а потому нечего пенять на Люфтваффе. Виноват конкретно тот идиот, который додумался, в условиях полного господства вражеской авиации, набить доверху людьми столь заманчивую мишень, как «Армения», и вытолкать ее в море средь бела дня, как будто нельзя было дождаться ночи!
Уход флота в кавказские порты (Новороссийск, Геленджик, Сухуми, Поти, Батуми) был столь поспешным и неорганизованным, что какая-то система в действиях кораблей стала прослеживаться лишь с февраля 1943-го. Провалили черноморцы эвакуацию войск из Крыма в мае 1942 года, проспали они и операцию немцев по высадке на Таманском полуострове.
В принципе почти весь 1943-й в море действовали лишь подводные лодки с торпедными катерами, крупные корабли стояли в портах. А затем грянуло 6 октября 1943 года, по выражению М. Зефирова, «черный день Черноморского флота».
* * *
Зефиров прав — события того октябрьского д ня, а также последовавшие за ним «оргвыводы» Москвы напугали командование флота и вынудили избрать «стратегию адмирала Головко»: крупные корабли в масштабных операциях больше не участвовали. Керченско-Эльтингенская операция проводилась на малых судах, без поддержки «главного калибра». Подумать только — при подготовке к Яссо-Кишиневской операции Ставка не запланировала ни одного крупного десанта на румынское побережье. Высадки у Вилково 24 августа и Констанцы 29 августа 1944 года были не операциями, а учениями, приближенными к боевой обстановке, поскольку никакого «немецкого сопротивления», тем более румынского, там не наблюдалось.
Что же случилось 6 октября 1943 года юго-восточнее Крымского полуострова?
«В набеговую операцию на Феодосию они вышли втроем: лидер «Харьков», эсминцы «Беспощадный» и «Способный». Потом историки отметят: «Когда наши корабли выходили в набеговые операции без авиационного прикрытия, их постигала неудача, а для лидера «Харьков» и эсминцев «Беспощадный» и «Способный» такие выходы закончились трагично: противнику удалось 6 октября 1943 года потопить их» (
О том, что отряд Негоды будто бы не имел воздушного прикрытия, написано во всех советских источниках. Мол, «верхи», штабные «шишки» («отцы-командиры», по определению Юрия Мухина и Александра Лебединцева), как обычно, не додумали и оставили эсминцы без авиаподдержки.
То есть опять виноватыми оказались
Ничего катастрофического в плане набеговой операции на Феодосию и Ялту не было, а воздушное прикрытие не только запланировано, но и присутствовало. То есть отсутствие авиаприкрытия втой операции—ложь. Мизерным, как обычно, оказалось исполнение, а не планирование.
По замыслу нового (вместо Ф.С. Октябрьского) командующего Черноморским флотом — вице-адмирала Л.А. Владимирского, 1-й дивизион эсминцев совместно с торпедными катерами и авиацией флота в ночь на 6 октября должен был осуществить набег на порты Феодосии и Ялты с целью уничтожения плавсредств и десантных судов немцев, недавно вернувшихся из Керчи. Общее руководство операцией осуществлял начштаба Черноморской эскадры капитан 1 -го ранга М.Ф. Романов со своего КП в Геленджике.
