К сожалению, исследованиям современных российских авторов, помимо массы умолчаний и откровенного вранья, присуще слишком много эмоций, что мешает объективно рассматривать тот или иной вопрос. Я старался избежать этого, пытаясь рассматривать исторические события отстраненно и непредвзято, хотя через ту войну прошли и мои родственники, а кое-кто из них погиб.
Я не описывал подробно ход боевых действий, лишь пытался предельно сжато анализировать общий ход войны, чтобы ответить на вопрос, почему то, что случилось, произошло именно так, а не иначе, и к каким последствиям привело дальнейшее развитие событий.
Я старался коснуться тех вопросов, которые в русскоязычной исторической литературе либо освещены недостаточно, либо преподносятся в искаженном виде.
О том, какой ценой удалось победить Германию — это исследование.
Вооруженному поздно быть недовольным войной.
(Античный афоризм)
Ранним утром 22 июня 1941 года начала свой отсчет великая трагедия народов, населяющих СССР. Однако, как ни кощунственным это покажется кому-то, с точки зрения «мирового масштаба» (как говаривали некогда большевики) в тот день свершилась величайшая справедливость, давшая шанс населению планеты преодолеть последствия запущенной в свое время болезни. Имя ей — «великодержавный шовинизм» (справедливо в отношении и нацистской Германии, и большевистской России). 22 июня сцепились друг с другом два государства, правители которых собирались перекроить карту мира, и даже успели приступить к этому переделу.
Но для начала — немного цифр.
Накануне вторжения в СССР вооруженные силы Германии насчитывали 8,5 млн человек. Из этого количества 5,2 млн приходились на сухопутные войска. Сведены они были в 179 пехотных и кавалерийских дивизий, 35 танковых и моторизованных дивизий, а также 7 отдельных бригад.
Из них против Советского Союза были развернуты 119 пехотных и кавалерийских дивизий (66,6% от общего числа), 33 танковые и моторизованные дивизии (94,3%) и две бригады. Союзники немцев — Румыния, Венгрия и Финляндия — выставили еще 29 дивизий и 16 бригад.
По официальным советским данным, дивизии и бригады немцев и их союзников, вместе взятые, насчитывали 5,5 млн человек. Мне данная цифра представляется сомнительной. По моим подсчетам выходит, что у немцев было не более 3,7 млн человек, а у их союзников — максимум 500тысяч. Итого — примерно 4 млн 200 тысяч «штыков».
Кроме живой силы, были сконцентрированы около 47 тысяч орудий и минометов всех калибров, более 4 тысяч танков, САУ и бронемашин, а также до 5 тысяч самолетов всех типов1.
Что противопоставила немцам Красная Армия? По официальным данным (архив оргуправления ГОМУ Генштаба, опись № 2314, том 2), в вооруженных силах СССР к началу войны было 303 дивизии и 22 бригады, больше, чем в любой другой стране мира (хотя это было — по утверждениям большевистской пропаганды — самое миролюбивое государство из всех!). Из них в западных округах (Ленинградском, Прибалтийском, Западном, Киевском, Одесском) якобы находились 166 дивизий и 9 бригад. И насчитывали все эти дивизии и бригады будто бы только 2,9 млн человек, имевшие 32.900 орудий и минометов (без 50-мм минометов), 14.200 танков и 9200 боевых самолетов (тот же источник).
Всего же к июню 1941 года в РККА и РККФ насчитывалось 4,8 млн человек личного состава, причем в это количество не попали 805.264 человека, призванные весной на так называемые «большие учебные сборы» (скрытая мобилизация). Они уже находились в войсках, но в списочную численность войск их включили лишь после официального объявления о мобилизации, то есть когда война уже шла. На вооружении всей РККА состояло 76.500 орудий и минометов (без 50-мм минометов), 22 тысячи танков, около 20 тысяч самолетов.
Соответствуют ли действительности данные в первую очередь о численности живой силы Красной Армии? Нет. Доказывается это очень просто. Но для начала отметим один чрезвычайно важный факт, имеющий первостепенное значение: даже 22 июня 1941 года, за 3 года до высадки союзников в Нормандии, немцы смогли бросить против СССР только 66,6% своих пехотных дивизий, тогда как 33,4% остались в Европе и в Северной Африке. Таким образом, «второй фронт» существовал уже тогда, и оказывал на ход событий существенное влияние. А если бы Вермахт бросил против СССР 100% своих войск? В таком случае не позже сентября 1941-го немцы были бы в Москве и Ленинграде, не позже нового года — за Волгой.
Ну а теперь — к анализу.
