Художники Г. Никольский, В. Севрюгов, М. Майофис, И. Пяткин.Для младшего школьного возраста.
Это клетка со львом.
Перед нею — мы: Ленка, Генка, Александр Петрович и я.
Мы стоим к вам спиной, извините… Но если бы мы повернулись, то не могли бы смотреть на льва. А у нас научная экспедиция.
О чём нам рассказывает Александр Петрович — Ленкин дедушка — вам пока не особенно важно. Сейчас вам важно другое. То, что мы — это вовсе не мы, а… Но, пожалуй, для откровенного разговора здесь чересчур людно.
А Генке не терпится, и он трогает меня за руку:
— Вить!..
— Ну?
— Не забудь — лев должен достаться мне. Как условились.
— Да, — говорю я. — И носорог. И слон… Только не тебе, а Кагену.
— Тсс!.. — Ленка поднесла палец к губам. — Никто не должен знать, что мы — это не мы, а… — она осеклась.
— Ты, кажется, хотела что-то сказать? — невинно поинтересовался я. — Так кто же мы? Продолжай…
— Научные исследователи, вот кто!
— Если вы собираетесь говорить об этом, — сказал Александр Петрович, — подыщем другое место. Сядем за столик в кафе и закажем мороженое… Или возьмём лодку и отплывём подальше от берега.
— Конечно, лодку! — обрадовались мы с Генкой.
— А потом — за столик. Да, дед? — Это, конечно, Ленка.
И вот, пока мы идём к пристани на пруду, я могу, наконец, рассказать вам самое главное… Мы — не люди!
Если вы повнимательнее присмотритесь к нам, то заметите, что мы слегка, ну совсем немного, сутулимся. Это потому, что мы чувствуем за спиной крылья. Они спрятаны у нас под одеждой. И хвосты… И ещё — мы никогда не спим. И можем видеть в темноте и тумане… Но, разумеется, тем, кто не посвящён в нашу тайну, это не должно бросаться в глаза. Пусть думают, что мы люди!
А на самом деле, мы — разумные существа с другой планеты, которые высадились на Землю. Так мы договорились между собой, когда затеяли нашу игру. И теперь мы — только не Ленка, Генка и я, а Нкале, Каген и Тькави — заняты изучением фауны и флоры земной суши.
В космическом пространстве, на расстоянии десяти тысяч километров от Земли, остался наш звездолёт «ЛУЧ». На нём несёт вахту прославленный космический капитан Лендед. Он — дедушка Нкале. Там у него есть телевизор, радиостанция и большой телескоп БТ — всё для того, чтобы поддерживать связь с Землёй и видеть, что на ней происходит. А ракетный катер «ЛУЧа» совершает рейсы между звездолётом и Внуковским аэродромом…
Нкале, Кагена и Тькави в их путешествии по Земле сопровождают выдающиеся земные учёные. Не какие-нибудь там свечки-лампочки, а настоящие светила науки. Это — русский профессор Александр Петрович Академиков, индиец — Рам Чаран и Гарри Сеггридж — американец. Сейчас они все шестеро находятся в восточной части Центральной Африки. В их распоряжении вертолёт, маленький, очень удобный автобус «РЕКС» и международный пропуск через все границы…
Понятно ли вам теперь, почему Ленкин дедушка возглавил сегодня нашу научную экспедицию в зоопарк? Если понятно, тогда всё в порядке! Ну, а если нет, прочтите три книги: «До Земли ещё далеко», «На этой планете можно жить» и «Операция «Океан». В них описаны все приключения Нкале, Кагена и Тькави до этого дня…
Ну вот мы и подошли к пруду.
— Катайтесь, — сказал лодочник, подтаскивая за цепь двухпарку.
Мы с Генкой сели на вёсла, Ленка устроилась спереди, а её дед занял место на корме, лицом к нам.
— Вперёд! — скомандовал он, и лодка отошла от пристани. — Теперь можно говорить о главном… Путешествие продолжается!
Лодка плыла вниз по извилистой быстрой реке. На берегах реки росли гигантские тропические деревья. Их опутанные лианами кроны смыкались вверху, образуя сплошной зелёный навес. Под ним царили влажные сумерки. Тонкие стрелы пробивающихся сквозь листву отвесных солнечных лучей то здесь, то там пронизывали таинственную полутьму. Запах сырой земли и гниющих листьев смешивался с запахами реки. Было душно и жарко. Лианы свисали над нами, как оборванные канаты. Некоторые из них были неподвижны, другие чуть покачивались из стороны в сторону или внезапно вздрагивали, словно живые существа, когда прикасались концами к поверхности воды.
Огромные, ярко-окрашенные бабочки и прозрачнокрылые, как будто сделанные из целлофана стрекозы, пьяно летавшие над рекой, иногда садились на стебли лиан и замирали на них, похожие на фантастические живые цветы…
С подмытых течением берегов в воду сползали обнажённые корни деревьев. Они были толстые, мокрые и кривые. Обтекая их, вода журчала и закручивалась в воронки. А в глубине реки смутно струились вытянутые по течению длинные пряди зеленовато-бурых водорослей…
