Уже почти не виден под ногами.
Расплавится до состояния воды,
А после уже вовсе испарится.
Я не желал и не хотел весны,
Ночами от жары опять не спится.
Очки меня уберегут от света
Звезды, что в небе будто навсегда.
Внезапно со спины подкралось лето
И будет плавить наши города.
14.04.21
Закрылась дверь и тронулся вагон.
Скорый поезд до столицы.
Встречай меня мой Парфенон,
Которому всю ночь не спится.
Здесь так же градусы и граммы,
Рок-н-Ролл и шлюхи.
Только с местным диким шармом
Пафосной движухи.
28.05.21
Мы познакомились около церкви,
Ты слушала Шортпари.
Центральной улицы ветви
Виляли после зари.
Июньский снег на нас падал
Под крышей, там, где кабак.
Избегая встречного взгляда,
С вопросом: что с нами не так?
19.06.21
Большая подделка
Меня окружают психи, дебоширы, наркоманы и алкоголики.
Отрывают водостоки от зданий и ломают ногами столики.
Вдыхают прямо с телефона, пьют водку прямо из горла,
И если что-то происходит плохо, то это точно происходит не со зла.
По внешности все разные, по духу одинаковы, как на подбор,
Не знают, что такое мало, хватит, невесело и перебор.
Без мелких разногласий не бывает, но схожие всегда в одном:
Когда выходят вместе на прогулки, все заведения и хаты ходят ходуном.
4.12.18
1
Я проснулся с дикого бодуна во второй половине дня в воскресенье. Зазвонил телефон. Кто бы там не был – отвечать не хотелось. Звонил Рык:
– Здаров, ну как ты?
– Хуево, башка раскалывается ужасно.
– Будешь играть панк-рок со мной и Пензо?
– Ты ж говорил, что это вряд ли возможно?
– Мы вчера все обкумекали и решили попробовать.
– У меня бас в Павлове, а второй гитары нет.
– Ладно, я перезвоню.
Я не понимал, сколько сейчас времени и насколько мне плохо, раздался еще один звонок:
– Чувак, все норм, на точке, где будем репетировать есть бас.
– Окей, я в деле. А кто на гитаре?
– Тоха Титов.
– Кто это?
– Гитарист из Йети-бомж1.
– О, заебись.
– Я скажу, как репать соберемся, чатик общий сделаем еще.
– Хорошо, пока.
Рык был моим давним приятелем и земляком. На 4 года старше меня. В 2010-ом он играл на барабанах в нескольких модных, на тот момент, группах. Волна металкора и прочих ответвлений до провинций долетала лишь несколькими каплями. Уровень был соответствующий. На данный момент он жил в Нижнем Новгороде и потихоньку продвигался по татуировальному делу. Работал в самой старой тату-студии города, даже одно время жил там. Полное слияние с искусством и самоотдача.
Пересилив себя, я встал с кровати и сел за комп, поддерживая голову рукой и почти съезжая со стола. Меня добавили в чатик, где мы должны обсуждать все вопросы, не тратя времени на встречи. Первым в чат с двух ног ворвался Пензо:
– Все, я перенес сеанс, на репе буду вовремя. Нарулим движуху, оттопыримся как ебанарама.
В чатике начался мозговой штурм по поводу названия для группы. Я в нем практически не участвовал, потому что моя голова была глубоко в похмельной жопе, но я успел посмеяться с варианта “дед доест”. Из самых запоминающихся были: “ХпохмельныйХсиндромХ (как раз в тему для меня!), “Карнавала_не_будет”, “Расстройство личности”, “Амфетаминос”, “Хроника отчуждения”, “Провинциальне нравы” и еще около пятнадцати других вариантов названия.
– Ебать, всей нижегородской области названий придумал, – сказал Пензо.
Из мозгового штурма все отреагировали на название “Защечина” и решили оставить его. Даже слоган по-быстрому придумали: “Дала пощечину? Дай защечину!”. Тогда это казалось очень забавным, да и сейчас все еще улыбает.
Забились на следующее воскресенье. Всю неделю в чате был ад, треш и содомия, обсуждения самых ебанутых концертов и концепций групп. Всратые селфи.
По приходу на точку мне выдали местный бас. Дека выпилена и склеена из 2х кусков необработанного дерева, можно было легко посадить занозу, все это в форме стандартного гибсонского баса. Грифом, скорее всего, в прошлые выходные копали землю, а в эти привинтили обратно. Под струны можно было просунуть ладонь без особых проблем. Назвать его куском деревянного говна – это значит сделать ему комплимент.
Репточка была маленькая и уютная, с хорошим ремонтом, но, что самое главное, с хорошим аппаратом и даже со звукачом, который наруливал саунд, а потом пропадал часа на 3. Для пятерых людей, которые никогда раньше не играли вместе музыку, и особенно для тех двоих, которые не играли ее вообще никогда, все прошло удачно. Сделать песню за 1 репу – это классика, ничего сложного. Во всех великих композициях максимум три рифа и все. Там была пара наших знакомых. Одного из них, Максима от мира сего, а по совместительству коллегу Пензо по тату салону, попросили поснимать видосы. Ну, он и поснимал. После того, как их скинули в чат, мы охуели: как так вообще можно было сделать? Супер-режиссерская находка, которой позавидовал бы какой-нибудь Зак Снайдер. Видосы по 20 секунд с диким слоумо, ни звука, ни четкой картинки.
– Макс – такой мудила, поснимал, блять, видосы, – бомбил Пензо в чатике. – Ничего человеку поручить нельзя!
В общем и целом, нам понравилось, как все прошло. Следующую репу забили на пятницу. А я стал думать, где раздобыть себе нормальный бас.
2
