– Я вчера получил письмо благодарности от одной женщины, – сказал Василий, зачерпнув ложку ароматного супа. – Её сын сильно болел, а я его поднял на ноги с помощью моих снадобий. Сейчас мальчик жив-здоров, но в письме она упомянула о том, что беспокоится за его будущее. Они живут в глухой деревне, в которой нет школы. Ближайшая находится слишком далеко, чтобы ездить туда почти каждый день. И её сын такой не один. Они думают создать школу «своими руками», но им нужен учитель. Ты же сейчас ищешь работу, вот я и подумал, может тебя это заинтересует?
– Дедушка, я конечно тебе очень благодарна за беспокойство, но ехать в глухую деревню… Нет, это не по мне!
– Но ты сможешь сделать доброе дело. Они даже нашли заброшенный дом и хотят сделать из него школу, а ты сможешь в нём жить.
– Нет… – Тата посмеялась, спрятавшись за бокал с чаем.
– Татьяна, ты всё-таки подумай. Никогда не знаешь, что в жизни будет дальше. Иногда она преподносит нам сюрпризы… Мы думаем, что хотим одного, а потом оказывается – совсем другого.
Тата признавала, что любит уединённость, но не на столько, чтобы запереть себя всё равно, что в тюрьму. И что такого должно произойти в её жизни, чтобы она захотела забрести в глухую деревню? Нет, она цивилизованный городской человек и работать должна в городе.
– Дедушка, я хорошо обдумаю твоё предложение, но ничего не обещаю.
– Это очень туманный ответ, хотя и вежливый. Может тут дело в… – он приподнял чёрные брови. – У тебя наверняка жених есть?
– Ну что-то вроде такого, – улыбнулась Тата и закатила глаза вверх.
– Что это значит? Жених либо есть, либо его нет. И тогда почему ты здесь одна? Поругались, наверное?
– Нет, дедушка. Просто так нужно.
– Всё равно не понимаю. Пригласила бы его сюда. Я бы за вами присмотрел. И поглядел бы на того, кого выбрала моя внучка.
Тата шумно выдохнула и, приложив руки к груди, произнесла:
– Дедуль, ты не представляешь, как я жалею, что не сделала этого.
Василий улыбнулся ей, шевельнув седыми усами, и продолжил есть суп. Тата подумала про себя, что если бы дедушке было известно, что Артём всё ещё женат, он разговаривал с ней совсем по-другому.
***
Уже прошло часов пять, а Василию никак не удавалось довести настой до нужной консистенции. На шестой час он, заглянув в ёмкость с плавающими в воде травами, решил, что этот настой не наполнился целительной силой. Нужно выдержать его ещё.
Комната Василия была похожа на хижину. Везде, где было место, у него высушивались травы и цветки; где-то в подвешенном состоянии, где-то они сохли на поверхности бедной мебели. Ох уж эти его сухие букетика, занимающие все свободные места на четырёх стенах… А ведь его целительные травы выходили и за пределы комнаты: в узком коридорчике он повесил несколько букетиков трав. Он вдруг вспомнил, что его внучка сразу начала чихать, как только вошла в его дом.
Жаль, что она не хочет ехать в школу учить детишек грамоте. Это была благородная работа. Она бы сделала большое дело. Но нынешняя молодёжь не видит жизни без цивилизации. Им нужны все удобства. Ну – не беда! Может ещё передумает!
Он видел, как она утром убежала из дома, прихватив с собой пару яблок, плед и потрёпанный экземпляр книги Сидни Шелдона «Оборотная сторона полуночи». Ох уж этот Шелдон… Когда-то он тоже зачитывался им! Василий выглянул в окно и посмотрел на солнце. Близился вечер.
Он решил зайти на кухню и выпить чаю.
Проходя коридор, Василий услышал стук в дверь. Такие звуки в своём доме он слышал редко и реагировал на них настороженно. Охотничье ружьё всегда висело рядом с входной дверью.
Его внучка звонить в дверь не могла. Значит, это был кто-то посторонний. К нему иногда забегали заблудшие люди. Может, это был очередной из них? А ещё, возможно, кто-то захотел приобрести его снадобья.
Когда он открыл дверь, то его изумлённому взору предстал молодой парень. Он улыбался, обнажая ровный ряд белоснежных зубов, а глаза щурил так, что Василий даже засомневался, есть ли они у него.
– Здравствуйте! А это вы знахарь Василий? – поздоровался парень.
– Да. А ты кто такой?
– Я приехал из Нижнего Новгорода. Мне нужна Татьяна.
– Моя внучка? Зачем это? Ты случаем не её жених?
Парень ещё шире улыбнулся и издал слабый смешок.
– Можно и так сказать.
Василий вспомнил ответ своей внучки на аналогичный вопрос и фыркнул. Странная молодежь какая-то пошла!
– Моей внучки сейчас нет дома. Про тебя она мне говорила весьма расплывчато но…
Василий с головы до ног ещё раз оглядел незнакомца. Парень смотрел на него, как на священника, ожидающего благословения.
– Хорошо, бог с тобой. Ты мне нравишься. Проходи.
Василий провёл гостя на кухню и стал зажигать керогаз.
– Небось, устал с дороги? Сейчас восстановим твои силы. Моя внучка с утра заварила чай на моих травах. Попьешь его и почувствуешь такое насыщение, как будто свиную котлету съел.
– Спасибо вам. А как ваше отчество?
– Игнатьевич. А тебя-то как зовут?
– Артём.
– Хорошо. Запомнил. Смотри, важно, чтобы моя внучка назвала тебя именно так, как только увидит.
– Поверьте, она это точно сделает, – во всё лицо улыбнулся парень.
