Ну вот и месть. Это куда лучше, чем ударить или исцарапать. Милка оглянулась на Савельева и, улыбаясь, стала раздеваться.
В лунном свете тело ее мерцало, как перламутровое.
Раздетая, она прошла мимо Савельева и легла в постель к незнакомцу...
Потом в ее жизни было бесчисленное множество мужчин, но никому она не отдавалась с такой страстью, с таким диким наслаждением, как этому невидимому телу, в узкой поскрипывавшей койке, рядом с избитым по ее приказу одноклассником, который - она точно знала - любил ее русоволосую подружку Лену Бардину...
Милка считала ее одним из самых загадочных существ на свете: ладно, умна, улыбчива, допустим даже, обаятельна, но... этого же мало, чтобы все оглядывались вслед!
Казалось, ее окутывала какая-то тайна: если бы вдруг выяснилось, что Бардина - дворянка княжеских кровей, никто не удивился бы. От Милки же потребовали бы доказательств и доказательств подлинности доказательств - и, даже убедившись, все равно бы долго сомневались.
В этом была какая-то вопиющая несправедливость...
Милка звала подругу Куклой - из-за фарфорово-молочной кожи, необыкновенно синих глаз и еще потому, что в детстве обожал: ломать куклы, чтобы выяснить, что там у них внутри. Ей почему-то было приятно знать, что внутренность красавиц-кукол забита всякой
ерундой.
Лена, конечно, не догадывалась об этих мыслях. До какой-то поры она вообще не думала, что люди могут плохо поступать или даже думать.
Ее спокойный взгляд был как-то необыкновенно ясен, но мальчики, встречаясь с ним, краснели, да и учителя порой теряли нить рассуждений... Училась она так, словно участвовала в легкой, не требующей напряжения разминке перед Большой игрой, в которую вот-вот должна была вступить...
Но время шло, уже случились какие-то кардинальные события - замужество, работа, рождение детей, а Лена все никак не могла избавиться от ощущения, что настоящая жизнь еще не началась. Впрочем, она об этом особенно и не задумывалась: уютный дом, ухоженные дети, работа, которую она любила, - вполне достаточно, чтобы благодарить
судьбу.
И муж! Как же она про Вильку-то забыла? - Лена улыбнулась, укоризненно качая головой (что, кстати, не укрылось от внимания Милки, сидящей в тесном окружении двух молодых атлетов).
- О чем задумалась, Ленок? - спросила та, придерживая чью-то руку, скользнувшую к бедру.
- О муже.
Все рассмеялись, будто она сказала что-то очень остроумное. ,
- Так мы, оказывается, замужем?! - воскликнул один из Милкиных атлетов. - Как интересно!
