- Мне тоже было приятно, - я опустила футболку, прикрывая леггинсы, внезапно ставшие слишком вызывающими.
Атмосфера стала прохладной с тех пор, как вошел Джаред, словно эти двое собирались бороться за меня или сделать что-то подобное, что было так же смешно.
- Что это было? - спросила я у Джареда, как только Шон вышел.
Джаред отвернулся, делая себе чай с медом.
- Он старался выяснить, что мы делаем.
Я закатила глаза.
- Он просто хороший парень, а ты - параноик.
- Хорошо, тогда он просто хочет залезть тебе в трусы.
- Сомневаюсь на сей счет.
Да, Шон был из таких парней, с которыми я обычно встречалась, но он также был нашим конкурентом. Кроме того, он жил в Небраска.
- А если и так, то что?
Вопрос прозвучал слишком вызывающе и Джаред мгновение смотрел на меня распахнутыми глазами, но затем его холодность взяла верх.
- Ничего. Просто будь осторожна, когда общаешься с ним.
- Боже, Джаред, я ничего ему не расскажу.
Я вышла до того, как он успел ответить. Он и правда считал, что предам группу просто потому, что какой-то красавчик улыбнулся мне? И почему Джареда так задевало, что Шон хочет меня? Как и другие парни, он видел во мне лишь младшую сестренку. Но в то время, как я видела в Кайле лишь очарование, а Гектор был всего лишь веселым парнем, Джаред вел себя как старший брат, как защитник. Во мне просыпалось желание надрать ему зад. По графику Энджел должна была прийти к нам в течение последних двух часов репетиции, но так и не появилась. Этой ночью я сказала паоням, что устала, и смотрела прослушивание следующей группы в своем номере в одиночестве. Я не выдержала бы очередную ночь рядом с Джаредом, чувствуя неловкость от состоявшегося разговора.
Следующие несколько дней мы проводили на репетициях, которые Энджел так и не посетила. Я уже начинала думать, что наш наставник - всего лишь имя, а не живой человек. Игнорировала она также и другие группы из своей команды, или только нас? Я подумывала спросить об этом Шона, но предупреждение Джаредом эхом отдавалось в голове. Не думаю, что Шон пытался выудить из меня информацию, но все же стоит быть с ним осторожнее. Вечерами многие группы собирались в вестибюле отеля, чтобы пообщаться, посплетничать и пофлиртовать, но я не принимала в этом участия. Я так же не проявляла интереса к тому, спит ли Джаред с другими девушками, обитавшими в отеле. Кроме того, я чувствовала себя самозванцем в среде других групп. Стоило бы мне открыть рот, и они бы поняли, что я не одна из них.
Я не хочу, чтобы они задавались вопросом:"Как ты попала на это шоу? Ты обманщица?" Вместо этого я уходила в свою комнату и в одиночестве ужинала. Весь день проводить с парнями было утомительно, и мне необходимо было побыть одной, чтобы прийти в себя. Я отправляла сообщения Карле, которая была в Нью-йорке на показе мод, и Джулии, которая уехала в городок в Южной Калифорнии, где мы росли и где до сих пор жили ее родители.
Вечером в четверг Джулия позвонила мне, когда я смотрела телевизор и красила ногти в ярко-бордовый цвет.
- Привет, Джулия. Как ты?
- Я видела сегодня твою маму, и она спросила, как у тебя дела, - Джулия замолчала, и я ощущала решимость в этой тишине. - Ты не сказала ей о шоу?
- Нет, я не разговаривала с ней.., - честно говоря, я не знала, как долго мы не общались. - Некоторое время.
- Мэдди!
- Я знаю, знаю. Мне нужно сказать ей, - я вздохнула.
С моей мамой все было так сложно, легче всего было просто избегать эту часть моей жизни.
- Что ты сказала?
- Ничего, и на самом деле, мне было не удобно. Тебе нужно поговорить с ней.
- Прости. Я позвоню ей завтра, - я подула на ногти, решаясь спросить или нет о том, что хотела знать наверняка. - Как она? Она...
- Она хорошо выглядит. Намного лучше. Она сказала, что не пьет уже три месяца.
Я с облегчением закрыла глаза. Не думаю, что это был финал, но она хотя бы пыталась. Снова.
- Где ты ее видела?
- В магазине. Она покупала сигареты.
- Конечно, - только две вещи мама приносила домой: бухло и сигареты. - Как твои родные?
- Ух, они все твердят о моей сестре и какая она чудесная. Они бы точно согласились сделать из меня ее клон.
Я рассмеялась и стала красить ногти на ногах, пока Джулия рассказывала мне о том, как проводила время дома. Это должно было заставить меня затосковать, но не вышло. Когда мне исполнилось восемнадцать, я покинула дом так быстро, как смогла.
