Я не осознавала, когда Этьен убрал руки, но, стоило мне понять, что уже теперь я сама двигалась на нем, как тут же встрепенулась и судорожно выдохнула. Но почему-то не остановилась. Лишь опустила голову, сильнее сжала ладонями его плечи и вновь скользнула бедрами по члену Дар-Мортера. Чувствуя то, как вздымалась его широкая грудь от глубокого, тяжелого дыхания.
Возможно, мне просто нравилась реакция Этьена на мои движения. То, что его мышцы от напряжения превращались в камень и даже слегка закрадывалось ощущение, что я имею над ним некую власть. И, в тот же момент, по мне оглушающее било понимание того, что нет, скорее наоборот. Иначе не было бы всего этого.
Замерев, я подняла руки. Зачем? Не понимала. Наверное, мне просто хотелось коснуться лица Этьена. Затаив дыхание, я провела пальцами по его скуле. Затем по подбородку. Чувствуя то, что и он замер. Кажется, тоже перестал дышать, а затем перехватил мою ладонь и поцеловал кончики пальцев. Я от этого вздрогнула, а Дар-Мортер тут же подхватил меня за талию и, поднимаясь на ноги, поднял на руки.
— Что ты?.. — испуганно спросила. Упасть не боялась, но сердце все равно забилось гулко. Временами замирая.
— Пора в кровать, — одной рукой придерживая меня, второй он распахнул дверь, внося меня в спальню и включая свет. Он тут же ослепил и я лихорадочно завозилась.
— Нет. Выключи… Иначе… Иначе я передумаю, — в сознании вновь вспыхнули мысли про мои шрамы. Но уже теперь они не казались мне критичными. Может, даже лучше, если бы Этьен их увидел. Точно сразу же передумает и оставит меня в покое. Но, мне казалось, что, если свет останется включенным и мы увидим друг друга, я точно умру от смущения.
Поэтому, сильно жмурясь, я ещё сильнее завозилась. Как кошка, которая стремилась поцарапать своего хозяина, который нес ее в ванную, чтобы искупать.
— И чего тебе так важен выключенный свет? — Этьен перехватил меня другой рукой. Судя по всему, все мои попытки вырваться для него были не больше, чем ничего не значащая возня.
— При свете… смущает… — я рывком попыталась перевернуться. Не получилось, но я кое-как ладонью уперлась в его торс, чувствуя, как бешено билось сердце.
— Ладно. Успокойся, — он выключил свет. — Первый раз — твои правила.
В комнате воцарилась темнота, но спокойствия я уже не ощущала.
Все так же придерживая, Этьен отнес меня к кровати и положил на нее. Достаточно мягко, чтобы мое сердце хотя бы не разорвалось от паники. Но, слыша шорох одежды, я поняла, что, кажется, Дар-Мортер снял футболку.
Матрас опять прогнулся и он навис надо мной. Ногой я ощутила ткань штанов Этьена. Значит, он пока что ещё оставался в них, но, протянув ко мне руки, поддел платье и потянул его вверх. Обнажая бедра и живот. Я тут же встрепенулась. Вздрогнула. Кажется, попыталась встать, но Дар-Мортер уложил меня обратно, затем наклонился и поцеловал в живот. Сразу же ещё раз. Касаясь губами очень мягко. Так, как от него вовсе не ожидаешь. И именно это заставило замереть и вновь поплыть. Хоть и нервозность пока что ещё никуда не делась.
— Я буду осторожным, — повторил Этьен, обводя пупок языком и им поднимаясь выше. Оставляя влажную, горячую дорожку и поднимая мое платье ещё выше. Уже теперь до груди. — Будет больно — скажешь.
Его слова не просто подкупали. Они немного успокаивали. Так, что я больше не пыталась вырываться и позволила снять с себя платье. Вообще чувствовала себя пьяной и это явно не из-за вина. Сам Этьен был хуже самого крепкого алкоголя.
— Приподнимись, — хрипло произнес он, беря меня за руку и помогая сесть. Заведя ладонь мне за спину, Дар-Мортер расщелкнул застежку лифчика. Снял лямки с моих плеч и, когда грудь обнажилась, он наклонился и поцеловал обе по очереди. Немного прикусывая соски и вместе с этим, дергая вниз колготки и трусики. А у меня не просто кружилась голова. Я чувствовала себя, словно в печке и тело пронзало разрядами тока.
Этьен надавил мне на плечо и, придерживая, уложил обратно на кровать, уже теперь окончательно раздевая и оставляя ещё один поцелуй чуть ниже груди. После этого он поднялся с кровати и я вновь услышала шорох его одежды. Секунды растворились в вечности и я, даже не понимая этого, до боли в пальцах сжала прохладное покрывало.
Матрас вновь прогнулся под весом его массивного тела и, когда Этьен раздвинул мне ноги, ложась на меня сверху, я поняла, что уже теперь мы вдвоем полностью обнажены. Жар его кожи не просто обжег. Он превратил в пепел. До судорожного дыхания и бликов перед глазами. Но, почувствовав то, что горячая головка его члена уперлась во внутреннюю сторону моего бедра, я вовсе вздрогнула и, кажется, дернулась.
— Не бойся, — Этьен губами коснулся моего лба и, ладонью сжав член, головкой провел по чувствительным складкам, а я не сдержавшись, простонала и прогнулась в спине. Все это было куда сильнее меня. До жжения. Разрядов тока и безжалостной лихорадки. Полного помутнения рассудка.
