— Да, мало ли что-то очень срочное. Так что можешь в гости ко мне приходить, не привлекая пристального внимания общественности, — улыбнулся он.
Элю смутило такое предложение. Интересно, почему тогда они с Любашей шли к нему через улицу? Видимо, на случай если спит? Или не один… Или спит и не один.
Почему-то эта версия не устроила Элю, хотя наверняка Любашей двигали именно такие причины.
Небольшие двери были в самом дальнем углу огорода. Эля в этой части огорода не была, там росла картошка. Потому и не заметила двери. Закрывались они на засов, чтобы собаки не открывали, как пояснил Илья, а над засовом была прорезь для того, чтобы просунув руку, можно было открыть двери со стороны соседей.
— Я буду тут приходить, так что не пугайся. Собаки меня знают. И ты тут приходи. А теперь пойдём, подожду, пока ты в доме закроешься. Потом уйду здесь, закрою на засов, а за машиной приду через улицу.
Эля насыпала корм собакам и взялась за ручку двери.
— Спасибо за чудесный вечер, Илья!
— И тебе спасибо. Ну раз нам обоим понравилось, то нужно повторить. Завтра отдых и прогулка с собаками, а на послезавтра изобрету какую-нибудь культурную программу, если ты не против.
— Хорошо, — улыбнулась Эля и шагнула в сени.
Закрыв двери, она смотрела в маленькое оконце, как Илья скрывается в темноте.
…Они сидели с удочками на берегу небольшой речушки, протекающей недалеко от села. Илья был категорически против того, чтобы идти рыбачить в форелевое хозяйство, располагавшееся прямо в селе. Он заявил, что там кто угодно поймает, даже двухлетний ребёнок, а рыбачить надо по-настоящему.
Хорошо ему рассуждать! Он уже трижды поймал, причём, довольно крупную рыбу. А у Эли даже не клевало ни разу!
Ей очень хотелось поймать, чтобы он ахнул просто! А то бросает на неё украдкой сочувствующие взгляды, пытается скрыть улыбку, думая, что она не замечает.
Но вытащил опять он.
— Пойду лучше, цветов домой наберу, — вздохнув, поднялась Эля.
— Ну цветов-то у вас там, в саду, конечно, нет! — иронично заметил Илья.
— Там садовые. А я хочу полевые.
— Да не расстраивайся ты так! Ну, не везёт в рыбалке…
— Угу, повезёт в любви, — проворчала Эля.
— Почему бы нет? — улыбнулся он, поднявшись, и пошёл к полю следом за ней.
Что он всё за ней ходит?! Думает, она совсем беспомощная?
Только Эля успела это подумать, как трава недалеко от её ноги зашевелилась, и появилось нечто чёрное, гибкое, будто струящееся.
— Мамочки… — прошептала Эля в ужасе, а потом заорала, что было сил: — Змея!
Она не помнила, как кинулась прямо к опешившему Илье и инстинктивно, ища защиты, вцепилась в его плечи.
— Тихо, тихо, нет у нас тут ядовитых змей, Эля, успокойся! Это уж! — сказал он ей, как ребёнку, и как ребёнка погладил по голове.
Опомнившись, Эля отстранилась, но всё ещё дрожала.
— Видимо, слова «Это уж» решают все проблемы! А уж разве не змея? Я и его боюсь. Почему считается, что ужа нельзя испугаться? Ещё расскажи мне байку о том, что ужа кладут в кувшин с молоком, чтобы оно не нагревалось. Фуу…
— А говорила, выросла в селе, на природе!
— И что? У нас не было там ужей. Я хочу домой. Пойдём?
— Ты же хотела набрать полевых цветов.
— Не надо, уже не хочу.
— Пойдём на берег, — он взял её за руку и повёл, опять как ребёнка.
— Скажи ещё, что я фифа городская.
— Нет, не скажу. Вот, бери мою удочку, садись, тут повыше. Я сейчас вернусь.
— Нет, не уходи!
— Я на минутку, Эля! Не бойся, тут нет ужа.
— Только на минутку!
— Договорились.
Эля сидела, глядя на поплавок, как вдруг он начал дёргаться.
— Клюёт, — прошептала она. — Илья, здесь клюёт!
Она потащила, подсекла, и увидела блестящий серебристый бок довольно крупной рыбы.
— Вот видишь, молодец! — Илья помог ей снять рыбину. Потом что-то взял с мостков. — Вот, держи. Пока такой. Потом будет другой. Розы там всякие.
Он протянул ей разноцветный букет.
— Спасибо, Илья! Очень красиво! И я не хочу другой, особенно, розы, мне этот очень нравится.
Утром следующего дня позвонили из фермерского магазина, Любаша оставила им номер телефона Эли. Сообщили, во сколько приедут. Деньги они переводили на специальный счёт, но должны были привезти чек и накладные, в которых нужно поставить подпись.
Эля отправилась к Илье, — он же обещал помогать, когда приедут из Саратовского магазина. Пошла через улицу, постеснялась пользоваться «внутренней» дверью.
Представители магазина грузили продукты, как вдруг у телефона Эли началась небывалая активность.
Сначала позвонил Рамиль, узнать, как она там справляется, помогает ли Илья.
— Вот как раз сейчас Илья помогает, пока я с тобой говорю, — рассмеялась Эля. — Из магазина фургон приехал. И всегда помогает, не знаю, что бы я делала без него.
Эля нарочно это сказала. Она хоть и стояла боком к Илье, который был занят с покупателями, видела, что он прислушивается к разговору. Ей очень хотелось сделать для него хоть что-то приятное. Ведь он действительно постоянно помогал.
— Ой, сеструха, я как приезжаю на Север, начинаю со временем путаться, хоть и езжу давно, совсем забыл, что сейчас фермеры!
Рамиль попрощался. Телефон тут же зазвонил снова.
