Я не поворачиваюсь, пока он не закрывает дверь. Он стоит перед ней со скрещенными на груди руками.
— Завтра мой день рождения, — начинаю я, воспроизводя первую строчку сценария, который мысленно составила в самолете из Техаса.
Вики полночи пыталась убедить меня не спать с Джейми, но меня это не остановило. Как только я вышла из ее дома, я начала думать, как это сделать.
— Угу, — говорит он, словно хорошо понимает, что происходит.
— Ты же еще не подарил мне подарок, да? Потому что я знаю, чего я хочу, — говорю я.
Внезапно мои слова кажутся мне супер пошлыми, но я продолжаю — других вариантов нет.
— Хочешь узнать, что это?
— Не знаю. А должен? — спрашивает он.
Он говорит немного раздраженно из-за того, что ему приходится подыгрывать мне, но он заинтригован. Возможно, даже слишком. И, возможно, слегка возбужден.
Я пришла к нему, и он это знает. И пусть даже он по неким причинам считает, что я должна максимально сохранять свою невинность, какой-то части его нравится мой настрой.
У меня снова появляется ощущение власти, той власти, которую я почувствовала, когда впервые к нему прикоснулась. Я оставляю безопасное место у окна, подхожу к нему и кладу руку ему на сердце. Чувствую, как оно бьется под моими пальцами.
— Это ты. На мой день рождения я хочу тебя.
— Я у тебя и так есть, — говорит он, держа руки скрещенными, хотя я к нему прикасаюсь.
— В каком-то смысле ты у меня есть, — отвечаю я. — Но не во всех смыслах.
В какой-то момент он догадывается, что я имею в виду, и обдумывает мое предложение, мы ускоряем ход вещей и сразу идем к торжественному финалу.
— Мы еще не — начинает отвечать он.
Я глажу его плечи, обнимаю за шею, встаю на цыпочки и затыкаю ему рот поцелуем. Сначала этот поцелуй милый и целомудренный, но потом…
В его дыхании нет запаха алкоголя. Я понимаю, что настояла бы на своем независимо от того, пил он или нет, и я бы была явно не первой девушкой, потерявшей невинность с пьяным парнем. Но я рада, что получится не так. Потому что я хочу, чтобы у нас было по другому.
Я беру его руки и кладу его ладони себе на бедра, а он прижимает меня сильнее и целует меня так, как я целовала его. Похоже, все это не так сложно, как я думала.
Отхожу от него, снимаю блузку через голову и вылезаю из джинсов, к счастью, не запутавшись в них. Я планировала сделать этот момент максимально сексуальным, но мне в очередной раз помешала стеснительность. Я стою в кружевном белье перед парнем, у меня никогда такого раньше не было. Но самое главное, что это не просто парень — это Джейми Форта, о котором я мечтала с тех пор, как впервые увидела его четыре года назад. Поэтому все, на что я способна, стоять и надеяться, что он посчитает меня сексуальной, и мне не придется делать что-то еще. Что бы это ни было.
Я вижу, как взгляд его золотисто-коричневых глаз скользит по мне от макушки до пяток, и это так не похоже на то, как смотрят на меня остальные. Чувствую себя красивой. Никогда не чувствовала себя красивой, но сейчас чувствую.
Когда его глаза снова встречаются с моими, я вижу в них желание.
А еще вижу, какая борьба идет у него в голове.
— Джейми, мне завтра исполнится семнадцать. Перестань думать обо мне, как об испуганной девятикласснице.
— Сейчас я уж точно так о тебе не думаю, — с улыбкой говорит он.
— Хорошо. Потому что я готова.
Моя уверенность ослабевает, когда он опять скрещивает руки.
— Роуз, мы не можем…
Перебиваю его:
— Мы можем.
Я наклоняюсь, лезу в карман своих джинсов и достаю презерватив.
Он слегка усмехается и опускает взгляд.
— Подготовилась, да?
— Я не буду ломаться. У меня не будет шока. Я хочу этого. Ты же тоже этого хочешь?
Он запускает руку в волосы. И не смотрит на меня.
— Разве нет? — спрашиваю я, начиная чувствовать себя совсем неуверенно.
Может, у меня совсем крышу снесло? Может, я все это время жила иллюзиями?
— О, Господи. Ты не хочешь.
Мне вдруг кажется, что я голая. Поднимаю с пола джинсы и блузку и иду в ванную, чтобы одеться. Джейми ловит меня за руку и останавливает.
— Ты же знаешь, что хочу, — говорит он, а его голос отзывается в моей груди.
Его рука скользит по моей, и наши пальцы переплетаются.
Я бросаю свою одежду и поворачиваюсь к нему.
— Ты меня любишь? — спрашиваю я.
Он закрывает глаза, как будто этот вопрос причиняет ему боль. Он все еще не может произнести заветные слова, но сейчас это даже хорошо. Я могу на этом сыграть.
— Если не можешь сказать, докажи, — я делаю глубокий вдох, готовясь произнести последнюю строчку моего сценария, заверщающее шоу и закрывающую сделку. Займись со мной любовью.
Я планировала, что это прозвучит как требование, но получилось похоже, скорее, на просьбу.
