22.07– Где мягкий дельфин? Ты что, постирала его?22.12– Ой, мама, ты помнишь? На детской площадке вчера Маша с куклой была? Такая красивая!.. В клетчатом платье!..22.13– Водички… я не допила…22.15– Ой, мама, мне надо… Мне в ванную надо… Мне срочно! мне срочно, сейчас!!!22.25– Я майку надела непередом-задом(((22.41– Ой! чешется! Чее-шее-тсяя глааааз!!!22.50– Чего-то ты, мама, совсем приуныла, ты спать, что ли, хочешь уже? Ложись, я твой зоркий бессменный дозорный! Поспи. Буду настороже.23.30Отчаявшись, спитУтомлённая мамаВполглаза, на кресле большом.«Дозорный»… уснулНа посту, беспризорный,Без майки, почти голышом.<p>1</p>Пределы вечности глухик ошмёткам местной шелухи,им в общем не до чепухио переделах.Один другой сменяет век.Будь ты босяк или генсек –итог тождественен для всех,что ни поделай.Не разливай перед чертой,вступивши с совестию в бой,витиеватый, развитой,узор мотивов.Надвременье бежит присяг,всё растворяя, всех приняв,фильтрует через Свой уставретроперспективу.Подклеты раненой душисколь красочно ни опиши,правдивым будь или бреши,в сухом остатке,в истории оставят след«Калаш», Гагарин, интернет.Вот, что за прошлые сто летвойдёт в тетрадку.Вражды терзающей конецс долготерпеньем ждёт Отец,ждёт, чтобы вырос мир-юнеци стал серьёзней,а в подтверждение тому,или отвлёкшись (не пойму),даёт рассеять снова тьмубезмолвным звёздам.<p>2</p>Вот семнадцатый год. В ПетроградеВолчья сырость, остатки листвы.И штыки, и клыки. И уже не на «Вы»С офицером при полном параде.В поездах, на ободранных лодках,В темноте, что узнают боясь,И под лозунги «Кончилась властьГенералов!» в промокших листовкахУезжает цвет нации русской.Что князья, что княжны, что чины –Страху смертному подчиненыИ во власти усталости тусклой.Я ж сижу в Подмосковье на даче.Год две тысячи двадцать второй.И исход снова не за горой,И от нервов мой чай подконьячен.Что за доля у нашей России?В поколение раз, всё кляня,Убегать от судьбы и себя,Попадая в капкан истерии.Только раньше в свободном ПарижеБыли русским обитель и рай,А теперь несвободный ДубайНам с песками горячими ближе.Раньше ехали мысли гиганты,А теперь лёгкой жизни певцы –Инстаблогеры и продавцы.Измельчали за век эмигранты.<p>3. Зов крови</p>Средневековый Париж. Узкие переулки.Многоголосье запахов – водопровода нет.Шагов, криков, течений оркестр гулкий.Вылитое из окон разносят колёса карет.Наши дни. Биарриц, оживлённая улица.Мяуканье кошек, гомон птиц, народ тусуется,Вдруг из подъезда женщина с ведром помоев.Брызг на асфальте след – предков зов крови.<p>4</p>
