У двери Эд обернулся.
– Послушай, Дик, прошу тебя, поговори с этим молодым Тэлботом. Он ведь твой друг, я знаю… поэтому я не хочу с ним связываться. Но его нет на работе. Позвонил, сказал, что слег с гриппом. Уже третий прогул за месяц.
Дик нахмурился.
– Не знаю, что и делать с ним, Эд. Он, конечно, хороший парень, но ему нельзя поручать что-то серьезное… Думаю, его нужно уволить. Пусть уходит. Мы не можем допустить, чтобы пьянство влияло на эффективность нашей работы. Все эти ребята слишком много пьют.
Когда Эд вышел, Дик обнаружил на своем столе бледно-лиловый конверт с надписью «лично». От него сильно пахло женскими духами. Он вскрыл его. Это было приглашение от Миры Бингхэм пожаловать на новоселье в ее студию на Сентрал-парк-саут.
Он еще не дочитал письмо до конца, как по местному телефону ему позвонила его секретарша мисс Хиллз.
– Пришел мистер Генри Б. Фернес из «Фернес корпорейшн». Он хочет немедленно поговорить с мистером Мурхаузом.
– Передайте ему трубочку, мисс Хиллз, я поговорю с ним… и прошу вас, запишите в моем рабочем распорядке одно социальное мероприятие… Пятнадцатого января в пять часов… прием у мисс Миры Бингхэм, Сентрал-парк-саут, 36…
Симпатизирующие забастовке люди появились на месте происшествия в тот момент когда тысячи служащих выходили толпами из своего офиса во время ланча. Когда они, высоко подняв над головами плакаты, стали маршировать перед офисом взад и вперед, их освистали и зашикали не только служащие но и рабочие с площадки строящегося здания
Ваша колонка мне кажется интересной и мне нужен ваш совет. Я отложил четыре тысячи долларов и хочу их куда-нибудь вложить чтобы получить наибольший с них доход. Как вы думаете, могу ли я купить на них акции?
это самый опасный пример того как в решающий момент буржуазная идеология разрушает классовую солидарность и превращает вчерашнего друга рабочего класса в самого отвратительного пропагандиста империализма сегодня
