"Поздравляем, папаша, у вас девочка!" - эту фразу Карлайл слышал уже трижды. И каждый раз был на седьмом небе от счастья. Но мог ли он представить, что вскоре жена покинет его, оставив с тремя девушками в доме? И ему придется мужественно смириться с утратой и одному воспитывать дочерей. И все бы хорошо.. Но, к сожалению, дети растут, и маленькие бедки могут грозить большими проблемами...
====== Глава 1. В каждом доме... ======
Темной вуалью, окутывая каждый сантиметр города, опускалась ночь. Сейчас было шумно, но немного погодя люди отправятся в мир своих фантазий.
В одном из домов возле окна сидел парень. Вот он выключил свет, но спать не собирался: парень наблюдал за домом, что стоял через дорогу. Хотя нет, несправедливо. Он не был любопытен, его взгляд был прикован лишь к одному окну. Ему нравилось наблюдать за жизнью своей соседки, что жила напротив. Он с жадностью следил за каждым ее движением. Здесь, в своей комнате, он мог позволить себе такую вольность, оставаясь незамеченным. Ему бы не хотелось объяснять, почему она так ему интересна. Ведь он сам не знал, что его тянет к ней. Парень прекрасно знал ее привычки, желания — он наблюдал за ее жизнью много лет.
Ее папа — уважаемый врач, у которого три красавицы дочери… Каждый вечер он приезжал домой и каждую из них он целовал в щечку, примерно минут на пятнадцать он заходил к каждой из дочерей и говорил с ними. Потом они все спускались вниз, чтобы поужинать вместе.
Парень потянулся за безвкусным бутербродом, купленным в паршивой забегаловке в нескольких кварталах отсюда. Откусив кусок, он положил его обратно. Не то чтобы парень был голоден, но у него не было ужина. Никогда не было семейного ужина, где собиралась бы вся семья и весело рассказывала бы о происшествиях рабочего дня. Вспомнив о своем дне, он поморщился и потер руки, завтра там вновь будут синяки. Парень снова посмотрел в привычное окно. Что делает эта темноволосая фурия? Она надела наушники и весело танцевала. Он не знал музыку, но, наблюдая ее движения, решил, что это, вероятней всего, какой-нибудь латиноамериканский мотив. Смотря на нее, на ее жизнь, он тихо завидовал ей и ненавидел. У нее было все, а у него…
Он услышал шум и направился вниз, чувствуя, как в нем вновь просыпается ярость…
Девушка писала очередной доклад. Где-то за стенкой ее сестра горланила песню. Увы, но бог не одарил ее сестру вокалом, но, кажется, сестру это не сильно огорчало. Когда она надевала наушники, это было что-то страшное. Девушка схватила самую большую книгу и хотела кинуть ее в стену, но, вспомнив, что она еще понадобится, положила обратно. Чувствовала ли она себя неудачницей, потому что была единственной старшеклассницей, которая не ходила на вечеринки, на футбол, и у нее не было парня? Нет. Но каждую ночь, засыпая, она задавала один единственный вопрос: «Почему же я одинока?» Ответа не было. Как это иронично, но даже цифры в ее любимой математике имели свою пару, а она…
Парень услышал грохот и проснулся. После работы он дико устал, и ему хотелось отоспаться. Он даже не успел понять, как быстро прошли выходные. После очередного грохота послышался визг и ругань. Он тут же спрыгнул и с босыми ногами побежал вниз.
Перед ним предстала уже привычная картина. Над его матерью угрожающе навис его отчим, готовый нанести очередной удар.
— Не надо, иди спать, — пролепетала мать, еле шевеля губами, на которых уже виднелась свежая ранка.
Но сын не стал слушать ее. Он ударил отчима несколько раз, пока женщина не попыталась его оттащить.
— Иди наверх, — с мольбой в глазах прошептала она вновь.
Парень разозлился на нее.
— Да когда это прекратится, мам? — спросил он, чувствуя, что в нем вновь воскресают детские страхи, обиды.
Он не раз просыпался от маминых криков и ругани ее пьяных ухажеров. Порой он даже ненавидел ее, поскольку у него не было детства. Парень еще раз взглянул на пьяного мужика, что от его ударов уже лежал на полу.
— Скажи спасибо маме, что она снова меня остановила, — проговорила парень, — продолжишь в том же духе, я тебя убью!
Бросив эти слова, он поднялся к себе, не забыв перед этим заглянуть к своей младшей сестренке. Он надеялся, что она не проснулась. Ведь парень обещал себе, что всегда будет охранять ее сон.
— Дурацкие правила, Вик, мне даже нельзя пойти к кому-нибудь ночевать, прикинь? — жаловалась девушка, поглаживая свои длинные темные волосы. В другой руке у нее был телефон, который совершенно не мешал ей заниматься чем-то еще.
— Что прикрыть? Ты с ума сошла? Они же чокнутые. Ненавижу их! Одна от книг не отстает, будто Вальтер оживет и женится на ней, другая едва ли умеет читать. Боже, дорогая, как я бы без тебя жила… Что Джеймс спрашивал обо мне? Как я хочу сходить с ним на свидание… Ну ты же знаешь папу… Что, вечеринка? Ты уходишь… Эй, не бросай меня. Расскажешь завтра? Ладно, пока. удач…
Но трубку положили. Девушка разочарованно вздохнула и проговорила:
— Удачно отдохнуть!
Она была одинока. Каждые выходные проходили у нее в четырех стенах. На самом деле, она любила свой дом, свою маленькую семью, но чем больше она взрослела, тем большей ей не хватало свободы. Ее комната все больше походила на комфортную тюрьму.
Она с тоской взглянула на фоторамку, с которой на нее смотрела миловидная женщина.
— Ты поняла бы меня, — со вздохом проговорила девушка, коснувшись ее, — мама, ты бы точно меня поняла.
