Герберт замолчал, но воцарившаяся тишина вышла натянутой и напряжённой. Спиной Флор чувствовала взгляд Стивена, и он ей не нравился. Ладони резко вспотели, глаза заслезились, а потом она услышала:
– Значит, бессмысленны? Хорошо. Тогда поступим так. Через две недели состоится приём в честь Суприма. И твоей задачей, Флор, будет любой ценой выманить Ханта из Башни. Ты меня поняла? Вы с ним так любезно общаетесь, что тебе наверняка не составит труда выполнить этот приказ. Верно?
Непривычно ледяной голос Стивена вынудил вздрогнуть.
– Ты. Меня. Поняла?
Молчание. Она не могла!..
– Флоранс?
Её имя прозвучало как-то особенно жутко. Так страшно, что ответ вырвался сам, хотя Флор не хотела. Всё внутри словно взвыло от ощущения неправильности происходящего, а потому она со всей силы зажмурилась.
– Да, – прошептала она, и содрогнулась, когда до неё донеслось небрежное хмыканье.
– Молодец, – самодовольно проговорил Стиен, а потом Флор услышала, как удалялись его шаги.
Боже… Боже! И что ей теперь делать?
– М-да, не скажу, что удивлён, но… – словно эхо её мыслей прозвучал голос Герберта. Флор оглянулась и увидела, как он нахмурился вслед удалявшемуся от них Стивену. – Просто помни, ты можешь этого не делать.
– Разве? Это был приказ, – скривилась она.
– Но имел ли Стив право тебе его отдавать?
– Он лидер.
– В своей голове – безусловно. Но хотим ли мы все видеть его во главе нового Города?
Флор испуганно охнула.
– Тише! Лучше молчи. Твои слова похожи на бунт, и это неправильно. Герберт, опасно так думать! Мы должны держаться вместе, а не устраивать склоки на пустом месте. Возможно, Стивен всё продумал.
– А может, и нет. Ты готова довериться ему? Дал ли он тебе хоть один повод для этого?
Герберт выразительно вскинул светлые брови, но когда Флор не нашлась с очевидным ответом, пожал плечами.
– Знаешь, на самом деле, мы с тобой ничего не решаем. Как не решает Стивен, Хант или Канцлер. Что бы мы ни делали, история и Город всё равно выберут себе в герои сильнейшего. Но кого? У нас есть три вероятности. И чем дольше я смотрю на них со стороны, тем больше думаю, что это я ошибся, а не Руфь. Что фигура Ханта становится сильнее с каждым новым событием. По правилам слон никогда не станет ферзём, но вдруг он всего лишь пешка, перед которой теперь целое поле?
– Ты будто бы им очарован, – невольно улыбнулась Флор. Слушать Герберта было забавно, но отчего-то это не вызывало внутри сопротивления. Хотелось лишь согласиться.
– Он самый неочаровательный человек из всех, кого я знаю, – рассмеялся Льюис. – Но меня не покидает ощущение, что всё давно предрешено. Записано в наших генетических картах… В моей, в твоей, Ханта. Вдруг Руфь видела это?
– Это смешно. Мы просто набор хромосом.
– Просто ли? Посмотри на Стивена, он задумывался, как один из «идеальных», а вышел бракованным с головы до ног, – хохотнул Герберт. – Сложно найти большего анархиста, согласись.
Флор хохотнула, но тут же нервно дёрнула щекой.
– Он слишком зациклен на убийстве Ханта. Знать бы ещё почему, – пробормотала было она, но замолчала, когда заметила брошенный на неё насмешливый взгляд. – Что?
– Бог мой, Колокольчик. Это же очевидно! – со злым весельем протянул Льюис. – И теперь интересно, что сделает Стив…
– Перестань меня уже так называть. И нет, я не понимаю.
– Однажды поймёшь, – ухмыльнулся Герберт, а потом вдруг наклонился к ней и шепнул, глядя прямо в глаза: – Сегодня ты сказала, что в твоей жизни нет и не может быть системы координат. Так вот. Мне кажется, это лукавство. Ты лучше меня знаешь, что она у тебя есть, но всё ещё ждёшь, чтобы кто-то указал тебе на неё. Прости, но я тебе этого не дам. Это твоя точка. Твой ноль. Становись туда и начинай отсчёт.
– Прекрати…
Но Льюис уже отстранился.
– Пойдём, Джуди говорила мне в прошлый раз, что хотела тебе кое-что показать, – махнул он рукой, явно не желая слушать очередные возражения. Он сказал всё, что хотел, и теперь, напустив таинственности, был собой очень доволен.
Они пересекли большой зал с высоким земляным потолком и направились по одному из уходивших на северо-запад проходов. Убежище находилось глубоко под землёй, и чтобы хоть как-то не потерять пространственную ориентацию, все коридоры, что выходили из центрального холла, располагались по сторонам света и были соединены одним большим проходом, что представляло собой кольцо. Когда-то давно это был пункт управления. Что именно здесь охраняли, Флор точно не знала, но остатки аппаратуры и сложная система освещения, которая представляла собой череду помутневших от времени зеркальных пластин, наводила мысли о военном объекте. Впрочем, всё в их мире близ Города когда-то считалось военным. Тем не менее здесь было безопасно. Уходившие в глубь западные коридоры обрывались пустыми запечатанными шахтами, на юге располагалась жилые комнаты, на севере – мастерские, и только одно восточное направление заканчивалось странным, ни на что не похожим помещением.
