Большие перемены полностью

Что ощущает человек, когда он долго о чем-то мечтал и наконец его мечта сбылась? Мечта, которая владела им много лет! Вероятно, его охватывает счастье, которое можно было бы назвать тихим. Тихое счастье сбывшегося желания, возникающее у человека зрелого, понимающего ему цену, знающего, что самое главное — это бережно отнестись к тому подарку, который даровала судьба.

Буравин проснулся рано утром и, еще не открывая глаз, улыбнулся. Рядом спала Полина, уткнувшись подбородком в его плечо. Он слышал ее ровное дыхание, ощущал ее тепло. Ему вдруг захотелось, чтобы время остановилось, чтобы это волшебное утро длилось долго-долго. Но на столике у кровати запел мобильник. Буравину пришлось осторожно отодвинуться от Полины, встать и взять трубку. Чтобы не разбудить Полину, он сказал очень тихо:

— Да, слушаю.

— Доброе утро, дорогой, — в трубке был голос, который Буравин знал до последней интонации, — голос Таисии.

— Что тебе нужно в такое время? — Буравин не мог скрыть недовольство.

— Витя, у меня к тебе срочный разговор.

— Я перезвоню тебе через час.

— Виктор, я же сказала: у меня к тебе срочный разговор, я не могу ждать целый час. Мне нужны деньги.

Это была неожиданная тема для такого раннего утра. Таисия точно знала, что именно сейчас надо разрушить утреннюю легкость и теплоту, которая окружает любящих друг друга людей. Настроение Буравина стало быстро меняться.

— Какие деньги? Зачем? Таисия стала с напором объяснять:

— Затем, что нам с Катей нужно на что-то жить! Ты же не хочешь, чтобы твоя любимая дочь нуждалась!

— Таисия, я тебя плохо слышу, — прервал ее Буравин. — Здесь неустойчивая связь. Я сейчас перейду в другое место, и мы договорим.

Он снял со спинки стула свой халат, оделся и вышел из спальни.

Только после этого Полина открыла глаза. Она поняла, кто звонит в такую рань.

Буравин вышел на лестничную площадку и теперь уже громко сказал:

— Таисия, теперь я тебя хорошо слышу. Так вот, по поводу денег. Я готов помогать тебе и Кате материально…

— Замечательно. Нам нужно встретиться и все обсудить, — предложила Таисия. — Я расскажу тебе о своих требованиях.

— Тася, опомнись. По сути, я вам ничего не должен. Катя — совершеннолетняя, а ты — только бывшая жена. Моя помощь — это не больше чем добрая воля, так что не надо ставить мне никаких условий.

— Конечно, добрая воля! По своей воле ты меня бросил, по своей воле будешь выплачивать мне компенсацию — за моральный ущерб. Ты же не захочешь, чтобы я отказалась от тех привычек, которые приобрела за годы нашей совместной жизни? Катя этого не поймет, — Таисия была довольна тем, как складывается разговор.

— По-моему, ты больше заботишься не о Кате, а о себе, — возразил Буравин.

В данном случае я и Катя — это одно и то же. Мы — семья, которая потеряла кормильца. Уходя от нас, ты не подумал о том, как мы будем жить дальше!

— Но ведь я оставил вам достаточно денег на первое время, — Буравин искренне не понимал, в чем он виноват.

— Достаточно для чего? Чтобы не умереть с голоду? Витя, ты приучил нас к безбедной жизни. А теперь хочешь посадить на голодный паек?

— Я все понял. Я передам тебе деньги через Катю, — сдался Буравин.

— Нет, нам нужно встретиться лично. Ты сам всегда говорил, что денежные вопросы нужно обсуждать только при личной встрече, — возразила Таисия.

— Хорошо, я приеду. Все, пока.

Буравин отключил связь и вернулся в квартиру.

— Витя! Витя, ты где? — позвала его Полина.

— Полинка, ты уже проснулась? Рано еще, поспала бы подольше, — Буравин улыбаясь подошел к кровати.

— Но ведь ты тоже встал — даже раньше меня.

— Знаешь, если человек становится бизнесменом, он автоматически лишается сна, — уклонился от ответа Буравин.

— Хочешь сказать, что бессонница — это профессиональная болезнь всех твоих коллег?

— В общем, да. Поскольку дела могут потребовать твоего внимания в любое время суток, — Буравин обнял Полину.

— Так это из-за делового звонка ты выскочил на лестничную площадку?

— Да, — смутился Буравин, — боялся тебя разбудить…

— И кто тебе звонил?

Буравину не хотелось врать, он помолчал и ответил:

— Таисия.

— И что ей нужно?

— Успокойся, не я. Всего лишь деньги.

— Но ты говорил, что оставил ей какую-то сумму на первое время.

— Конечно, оставил. Но она хочет убедиться, что я и в дальнейшем буду ее содержать.

— Вот как? Ты считаешь себя чем-то ей обязанным?

— Нет. Но я чувствую ответственность за женщину, с которой прожил больше 20 лет. Даже если она сейчас устроится на работу, ей вряд ли будут платить приличную зарплату. — Буравин нежно обнял Полину. — Не переживай, Полинка, я улажу это дело.

— Витя, по-моему, ты не понимаешь. Таисия, играя на твоем чувстве ответственности, тем самым старается привязать тебя.

— Ну, это у нее точно не получится! — уверенно сказал Буравин, — хотя в одном ты права: пока наши родные не привыкнут к тому, что мы живем вместе, нам будет нелегко.

— Больше всего меня волнует не то, как Борис и Таисия переживут наш союз, а как поведут себя дети… Ты думаешь, они поймут нас?