От такого внимания ей стало еще больше не по себе. Раз он знает о ее слабости к мэрилендским крабам, то не ведомы ли ему и другие ее грешки?
Раш отпустил официанта и пододвинул ей кресло.
- Надеюсь, вам понравится праздничный ленч. С днем рождения, Либерти! Он уселся напротив и взмахнул салфеткой.
Она заметила, что на его тарелке всего по четыре: четыре куска ростбифа, четыре морковки, четыре картофелины.
- Что за смысл в четырех? - поинтересовалась она.
Он улыбнулся, продолжая кромсать ростбиф:
- Вы и вправду потрясающе наблюдательны. В детстве у меня всегда было по четыре шоколадки на целый день. Мне не хочется забывать, что в свое время я обходился малым. Как видите, не вы одна пережили тяжелое детство.
- Вижу, - ответила она бесстрастно и направила вилку на краба.
- Надеюсь, вы не страдаете отсутствием аппетита, тем более в свой день рождения, не принадлежите к числу странных женщин, косо глядящих на еду как таковую? Скажем, моя дочь... Вот кто любит поесть! Иногда мне кажется... Он задумался. - Кажется, она проглотила бы весь мир, дай ей волю.
- Отчего же, я тоже люблю поесть, - в доказательство Либерти отправила в рот микроскопический стручок гороха, - но не люблю делать из еды культ. Кстати, у Кит было такое же тяжелое детство, как у вас?
Он посмотрел на нее так, словно не понял вопроса.
- У Кит ведь не было отца, - пояснила Либерти.
- Ну, не знаю... Китсия вполне могла заменить ей обоих родителей.
- И вас не интересует, кто отец Кит?
- Нисколько. Я и так знаю, кто это.
- Неужели? - Либерти чуть не прикусила язык. - И кто он, по-вашему?
- Уймитесь же наконец! - урезонил он ее с улыбкой. - Арчер правильно вас охарактеризовал как чрезвычайно прямодушного ребенка. - Он замолчал и стал тщательно пережевывать мясо - судя по всему, Раш считал, что правила интервью задает он сам. - Вернемся лучше к "Последнему шансу": вся эта история очень сильно повлияла на всех нас.
- В каком смысле? - рассеянно спросила Либерти. Она сильно сомневалась, что Раш действительно знает, кто является отцом Кит. Да и откуда бы?
- До недавнего времени киностудия "Горизонт" была особой гордостью Арчера...
- Не мудрено. - Либерти ухватила пальцами крабью клешню и озадаченно на нее уставилась. - Обходится без рабского труда, никаких скандалов с юными жительницами Тайваня, слепнущими над сборкой микросхем. Это уже повод для гордости.
Ни рака, ни сколиоза. - Она заметила, что Раш словно застыл с ножом и вилкой в руках. - Кажется, не одной Кит иногда приходится усмирять прессу, бросила она небрежно.
Ее собеседник мгновенно пришел в себя и хитро усмехнулся:
- Да уж, не одной ей! Ситуация с Комиссией по биржам и ценным бумагам очень серьезна. - Раш так осторожно попробовал вино, что Либерти испугалась, как бы он не послал за другой бутылкой.
- Я удивлена тем, что пресса малюет Ренсома одной черной краской, при том, что у его компаньона репутация человека, умеющего затыкать прессе рот. У вас что, упадок сил?
- Вы мне льстите.
- Даже и не думала.
- По-моему, это не имеет отношения к нашей беседе про двух кошечек.
- Всего несколько дней назад я тоже так считала, но сейчас придерживаюсь иного мнения. История с комиссией может отрицательно повлиять на карьеру Кит. - Либерти тут же почувствовала, что довод звучит неубедительно. Она тщательно вытерла рот салфеткой и теперь следила, как официант убирает тарелки, осторожно переступая через вытянутые ноги Раша.
Бросив свою салфетку поверх стопки посуды, Раш потребовал трубку.
- Кофе, чай?
- Чай, пожалуйста. - Она успела съесть всего половинку краба и четыре гороховых стручка, поэтому переходила на диван под аккомпанемент голодного урчания в желудке.
Устроившись в противоположном углу дивана, Раш стал набивать трубку. Либерти обратила внимание на то, что он либо держит руки в карманах, либо находит для них дело - как сейчас, с трубкой.
- Кстати, как здоровье моего компаньона по падению в лифте Тони Алварро?
- Как будто получше, - ответил Раш вяло.
- Я понимаю, насколько вы заняты, - Раш молчал, - но хотелось бы узнать побольше про "жутких сестренок". Каких свойств матери недостает, по-вашему. Кит?
- Китсия Рейсом - замечательная художница. Кстати, мы с ней давние друзья...
Либерти задала последний вопрос в надежде, что Раш начнет критиковать Кит, но, к ее удивлению, неожиданно добилась большего. Она почувствовала прилив сил.
- Раз вы такие друзья, почему Китсия отказывается продавать вам свои произведения?
Даже если бы Либерти сказала ему, что его дочь только что сбежала с "Ангелами ада", он бы не был так ошеломлен. Но теперь она не знала жалости.
- По словам месье Верньер-Планка, вы неоднократно пытались приобрести несколько композиций из цикла "Кассандра", даже предлагали втрое больше рыночной цены?
Его лицо осталось спокойным, только голос выдал удивление, если не огорчение.
- Ну да, пытался. Этот цикл кажется мне особенно удачным.
- Все-таки любопытно, почему вам так хочется заполучить скульптуру, изображающую жену Арчера Ренсома?
