— Надеюсь, рисковали мы не бессмысленно? — уточнила я, когда мой желудок напомнил мне, зачем это все собственно затевалось.
— Конечно, нет, — немного громче, чем обычно, ответила Капля, — И я, если честно, в растерянности.
— С тобой такое бывает? — не удержалась от сарказма я
— Обычно нет, — как ни в чем не бывало, продолжила флай, — Смысл воздействия должен был сводиться к следующему: я посылала твоему мозгу сигналы, чтобы проверить его реакцию на сладкое, соленое, кислое, вязкое, твердое, мягкое…
— Ииии…? — не утерпела я
— Реакции не было никакой? Ты понимаешь, что это значит? — непривычно эмоционально протараторила Капля
— Что у меня нет мозга?
Капля мою попытку пошутить проигнорировала.
— Блок такого уровня… Ведь мой сигнал даже не отражался от него, а поглощался. Словно тебя, действительно нет…
— Может, мы обсудим мою уникальность за чем-нибудь съестным? — жалобно протянула я, с тоской глядя на огрызок яблока, который уже успел потемнеть.
— Да-да, — спохватилась Капля, — Проходи.
— Куда? — не поняла я, разглядывая единственный выход, который был из помещения — на улицу. В ответ справа в стене растаял проход, в который я недолго думая проскочила.
— Ммм… Фкуфно, — еле выговорила с набитым ртом, сидя на высоком стуле в маленькой уютной кухне. Похоже, у инженеров, создававших это летающее чудо, был пунктик на плавных линиях. Непривычно, конечно, но стильно. Но что покорило меня окончательно — так это то, что вместо кучи кухонной техники, здесь был один небольшой аппарат, в котором было запрограммировано около четырех сотен различных блюд. Вообще Капля утверждала, что с его помощью можно приготовить все, что хочешь, но что-то я сомневаюсь, что у меня в ближайшее время возникнет такое желание. Конечно, к инопланетной кухне я отнеслась с понятной опаской, но уже третье блюдо, выбранное методом тыка, не вызывало у меня своим внешним видом и запахом отторжения. В процессе еды я коротенько рассказала Капле свою историю знакомства с ранкарами.
— Очень вкусно, — повторила я, запивая последний кусочек каким-то кисло-сладким напитком зеленого цвета.
— Я рада, — довольным голосом отозвалась Капля.
— Слушааай… — вспомнила я, что меня беспокоило уже третьи сутки — Во время первой личной встречи с ранкарами я повелась на собственную интуицию и дала понять тем ребятками, что слышу ментальную речь? Как думаешь, не зря ли?
— Подожди, — оборвала меня флай, — Я правильно поняла, что ты слышишь не только меня?!
Я кивнула, не в силах оторваться от вкусного чего-то, напоминающего компотик.
— Ну, долго скрывать это ты все равно не могла. Но… — здесь я с Каплей была согласна. Какое бы невозмутимое лицо я не строила, мое тело само реагировало каждый раз измененным дыханием и сердцебиением, когда я, прикасаясь к чужой тайне, слушала ментальный разговор, не предназначенный для моих ушей. А вот многозначительное «но» меня смутило.
— Что?
— Последняя женщина, способная на подобное, жила еще во времена Первых.
— А сейчас?
— Ранкары — уже довольно старая раса. Видимо, Вселенная слишком устала от них и те стали понемногу вырождаться. Через несколько тысячелетий на их место придут другие, более молодые. Но потом уйдут и они…
— Да-да, преемственность — это круто, — не совсем красиво прервала я философствование новой подруги, — Но я тут причем?
— Ты должна быть готова к пристальному вниманию к своей персоне. Я не понимаю, как вообще ты оказалась в стороне от жилых имперских планет.
— Я здесь родилась. Этот папочка у меня из ТЕХ, а мама была местная.
— Ты полукровка?!
— Получается, что так, — пожав плечами, я поерзала на стуле, — Мне думалось, что мое отличие от этих… которые оказываются необоротни… бросается в глаза сразу?
— Ты плохо смотрела блок с общей информацией… естествознания для самых маленьких — усмехнулась флай, цитируя меня, — Даже у вас на планете живут люди, чья непохожесть очевидна. А ранкаров больше восьмисот миллиардов…и если расширить рамки до нескольких галактик… Отличия внутри расы вполне закономерны. Тем более ранкары — не единственная гуманойдная раса в Империи, а Империя — не одна во Вселенной. Полукровок очень много. Но все дело в том, что таких сильных эйро, как ты, мало даже среди чистокровных.
— Странно. Как я помню из курса биологии, смешивание разных кровей приводит к лучшему потомству.
— На практике в результате связи очень сильного и очень слабого мы обычно имеем потерю частичную потерю силы. Ты, думаю, обычное исключение, подтверждающее это правило.
— Так делать-то что мне? — повторила я свой вопрос.
Капля задумалась, я же, воспользовавшись паузой, нацедила себе еще стаканчик зеленого компота.
— Вероятность тех или иных последствии твоих возможных действий рассчитана, — бодро отрапортовала флай.
— Ииии? — протянула я, еле сдерживая рвущееся любопытство.
— При любом раскладе тебе, во-первых, никак нельзя конфликтовать с ранкарами, а во-вторых, надо учиться.
— Учиться? — разочаровано повторила я, — А чему?
