– Что, здорово перепугались, ребята?
Далее выступление Чернышева и реплики привожу по расшифрованной магнитофонной записи.
Возгласы: «Выбирай слова!», «Внимание, весь вечер на ковре Чернышев!», «Тише!».
Чернышев. Хорошо, слова буду выбирать тщательнейшим образом, чтобы, упаси бог, никого не обидеть – ни одного из присутствующих здесь паникеров.
Снова гул в зале. Председательствующий стучит по графину: «Товарищ Чернышев, держите себя в рамках!»
Чернышев. Слушаю и повинуюсь!
Возглас: «Ты не обзывай, ты конкретно!»
Чернышев. Конкретно говорю о тебе, Сухотин, предложение твое. Ты знаешь, как я тебя люблю и уважаю…
Возглас Сухотина: «Расскажи своей бабушке!»
Чернышев. Обязательно, непременно навещу в раю старушку, как только высвобожу свободную минутку. Знаю, сам видел, как ты чуть не перевернулся в то утро, а почему? А потому, что опомнился и стал окалываться, когда оброс льдом, как бродяга пушниной! Кто тебе мешал начать избавляться от льда на несколько часов раньше? И ты, Полушкин, очень умно возвестил с трибуны: «В условиях интенсивного обледенения средний рыболовный траулер особенно быстро теряет остойчивость». Правильно, если капитан этого СРТ – баран. Не вскакивай, я не тебя имею в виду, это я иносказательно и с любовью. Да, ты чудом остался на плаву, а опять же почему? А потому, что пожалел механиков, отец родной, и своевременно не набрал забортной воды в опустевшие топливные танки. Еще бы, танки потом сутки чистить надо, разве можно перегружать мотористов работой? И ты, Хомутинников, зря на стихию сваливаешь: ураган ураганом, а почему не убрал с кормы трал и сотню бочек? Вот и обледенел, как сукин сын, зарос льдом с головы до пяток.
Возглас Полушкина: «Ты о себе скажи!»
Чернышев. Поставь ящик пива – хоть всю ночь буду про себя рассказывать. Ладно, без шуток. Как только получил штормовое предупреждение, снял заглушки штормовых портиков и деревянные щиты зашивки фальшборта, орудия лова и груз убрал в трюм. Подготовил инструмент для околки льда, трюма задраил по-походному. Когда началось обледенение, команда работала непрерывно, сменяясь каждые два часа. Окалывали лед прежде всего с вант, мачт, надстроек и тамбурины. Благодаря открытым штормпортикам вода свободно сходила за борт, очищая палубу от ледяной каши и обломков льда с вертикальных конструкций. Ну и конечно, запрессовал все днищевые танки, топливные и водяные, забортной водой, что уменьшило опасность потери остойчивости. Так и выбрался… А вообще, если честно, за свою моряцкую жизнь такого ледяного шторма не видывал… Но не будем все валить на стихию, товарищи. Мы сто раз заседали, одурели от разборов – кто как себя вел, а посему закругляюсь… Или нет, можно еще пять минут? Вот ты, Сухотин, хорошо сказал, я даже записал за тобой: «Главная причина трагических событий – одновременное действие неотвратимых сил: ураганный ветер и чрезмерное волнение, низкие температуры воздуха и воды, снегопад, парение моря и, как результат, сильнейшее обледенение». Ничего не наврал? Но послушайте, что сказал другой человек, который понимал в нашем деле получше нас с вами, – академик Алексей Николаевич Крылов.
Возглас: «То теория, ближе к делу!»