Нет бы им самим, на своем, так сказать, высшем уровне, вести борьбу между собой где-нибудь в Москве или за границей. ан нет, лезут сюда, в провинцию, нарушают покой. И втягивают в свои глобальные разборки таких людей, как он, Иванцов, Гнездилов, Ворон. А всякие там «лавровки» и «куропатки», даже не зная толком, отчего и почему, поливают друг друга из автоматов, подкладывают бомбы, валят в подъездах коммерсантов и банкиров.
Противно ощущать себя марионеткой. С прошлого года, когда он, Иванцов, после побега приговоренного к смерти Клыка и вывоза за рубеж «Бриллиантовой Богородицы», оказался подвешен на ниточке, это ощущение его не покидало. Жить в страхе перед постоянной угрозой разоблачения было жутко неприятно. Тем более что потом, весной нынешнего, 1996 года, компромата добавилось — имел глупость затесаться в сепаратистский заговор с целью создать в области «независимую Береговию»!
Сегодняшний день там, на работе, будет сумасшедшим. Конечно, любопытно бы посмотреть, как выкрутится из всего, что свалится на ее голову, госпожа Алпатова. Но лучше все-таки сидеть здесь, отключив телефоны, и не вмешиваться в эту возню. Иногда полезно забыть о джентльменстве. Впрочем, сегодня главные мучения достанутся не Алпатовой, а полковнику Теплову. Ну и генерал-майору Павлу Трудомировичу (вот дал Господь отчество!) Луговому, который с апреля руководит местными чекистами. Это им придется сегодня много думать, орать, ругаться, перезваниваться, носиться на автомобилях. И конечно, попотеют всякие там майоры, капитаны, лейтенанты, сержанты, которым придется искать, хватать, лезть под пули. И местным, и присланным из столицы ребятам сегодня добавят седины на молодые головы. Если, конечно, их начальники разберутся наконец, куда именно их нацелить.
А ведь всего пять дней назад никто и не думал затевать никакой возни. Ни Теплову, ни Луговому никто не удосужился прислать информацию насчет грядущего появления в городе Ростислава Воинова. Хотя сукин сын прибыл из-за кордона. И откуда у него липовый паспорт на имя Валерия Лушина, поди-ка, не знают. А вот Ворона и «Куропатку» кто-то проинформировал. Их машины в день приезда Ростика вовсю мотались по городу. От вокзала вели. Правда, это, как водится, установили уже через пару суток после того, как те же куропаточники устроили пальбу на квартире Сергачевой и сильно обидели своих коллег из Лавровки.
Конечно, в том, что бывшие «курбашисты» могли добить последнего из черновцев, ничего удивительного не было. Но что им было от Воинова надо? И что ему нужно было в городе? Такое впечатление, что, кроме прежних любовниц, его ничто не интересовало. Светлану Коваленко навестил, Наталью Сергачеву. На Пустырную зашел, должно быть, ту же Наталью там искал. А «дипломат» с полумиллионом долларов спокойно держал в гостиничном номере «Береговии». Откуда они у него? Тоже все в неведении и до сих пор вычисляют, где взял. Куропаточники про чемодан с деньгами не знали, хотя под видом оперативников в гостиницу заходили. Запросто могли бы изъять, наверно, но даже не заглянули внутрь. Значит, не чемодан им был нужен.
То, что до последнего времени Ворон курировал и «Куропатку», и вообще всю систему, некогда воздвигнутую покойным Курбаши, для Иванцова не было секретом. И то, что от Ворона тянулась нить в Москву к господину Антону Соловьеву, у которого были кое-какие причины недолюбливать Виктора Семеновича, Иванцов знал. Да еще весной, когда Соловьева больше всего заботила судьба наследника Вани, угодившего в лапы Фрола, тогдашнего лидера «Куропатки», Антон Борисович мечтал ее поканать. Особенно после того, как сам при ненавязчивом содействии Иванцова чуть не сгорел во время расстрела четырех джипов в семистах метрах от оптовой базы. Судя по всему, потом он три дня находился в руках таинственной личности — Умберто Сарториуса (Сергея Сорокина), вождя некой уголовно-политической группировки «Смерть буржуазии!», родного брата нынешнего облвоенкома генерал-майора Юрия Сорокина. Почему Сарториус не пришил буржуя Соловьева? Как они нашли общий язык, на чем сошлись — неизвестно. Точно так же неизвестно, почему Фрол рискнул поссориться с очень серьезным московским господином по кличке «Чудо-юдо» и, перебив немало бывших соратников, сбежал с тем же Сарториусом. Потом появился Ворон, ставленник Соловьева, и «Куропатка» ему мирно покорилась. Все теневые структуры области (а через стукачей и правоохранители) отлично знали, что Сэнсей и его люди лишь карающий меч в лапах Ворона, а все финансовые дела крутит «Альгамбра».
