Нет, Гарри, конечно, знал, что был необычен даже по меркам волшебного мира. Выжил после смертельного заклинания, оказался избранным, страдал от ментальной связи с Волдемортом. Но у всего должен быть предел! То, что только его палочка могла говорить, выходило за все рамки дозволенного! // Попаданка в волшебную палочку.
========== Ассоциация палочек настоятельно просит всех мыть руки ==========
– Так, нет, эта тоже не пойдёт, – бормочет Олливандер, когда в комнате взрывается шестой по счёту ящик. – А может попробовать… да, где-то тут лежит. Почему бы и нет.
Гарри мнётся неловко, чувствуя вину за наведённый в магазине беспорядок. Мальчик волнуется. А если ни одна палочка не подойдёт? Вдруг Хагрид что-то перепутал? Может, Хогвартс не место для него?
Беспокойный рой вопросов утихает, когда Олливандер приносит новую палочку, при этом заинтересованно сверкая глазами. Гарри ощущает приятное тепло, уютно греющее его пальцы, всполохи красивых и ярких искр игриво потрескивают в воздухе, и мальчик радостно улыбается.
Впрочем, улыбка не задерживается надолго.
– Твою мать, ещё одни потные детские ладошки. Хэй, не ветку держишь, можно понежнее, малец? Не сжимай так, я хрупкое и ранимое создание.
Поттер растерянно оглядывается, не понимая, откуда доносится этот молодой женский голос.
– Что? – переспрашивает он неуверенно.
– Говорю, что это очень любопытно, мистер Поттер, – принимает на свой счёт Олливандер. – Именно эта палочка…
Историю палочки Гарри так и не услышал, снова отвлечённый тем голосом.
– Секундочку. Это что сейчас было? Ощущение странное… приятное такое, бррр, кошмар. Чёрт, только не говорите мне, что меня сейчас продадут? – заголосила невидимая глазу девушка. – Разве этот старый хрыч не говорил, что «палочка выбирает хозяина». Я ничего не выбирала, верните, где взяли. Я подам в ассоциацию по защите прав палочек! Погодите, а такая вообще есть?
Тут у Гарри начали закрадываться подозрения.
– Эм, простите… мистер Олливандер?
– Да-да?
– А палочки могут, ну, разговаривать?
Владелец магазина задумчиво пригладил короткую бородку.
– Хм. Интересный вопрос, мистер Поттер. Вы не перестаёте удивлять. Что же, палочки разумны, тут спору нет, но язык наш им неподвластен. Я вот могу чувствовать их, так скажем, настроение, но не более, – Олливандер весело улыбнулся. – Умей они разговаривать, моя работа стала бы ещё увлекательнее.
– Или ужаснее, – буркнул Хагрид, не представляя, как можно было бы выжить в помещении, где без умолку болтает тысяча палочек.
– Но… – Гарри опустил взгляд на тёмный кусочек остролиста в его руках. Поначалу казалось, что в мире магии возможно всё, что даже неодушевлённые предметы могут разговаривать. Неужели не так? Тогда кто это был?
– Малец, ты меня слышишь, что ли? – после долгой паузы всё-таки поинтересовался голос. Теперь Гарри начал понимать, что этот звук не шёл снаружи. Это было в его голове.
– Кажется, да, – прошептал он в ответ, удивлённо распахивая зелёные глаза.
– Вот те на… И что теперь делать?
Гарри и сам бы хотел это знать.
***
– Значит, подведём итоги, – заговорила девушка… или правильнее теперь всё-таки палочка? Та лежала на потёртой и облезающей полке, на которую Гарри нервно поглядывал, скрюченно сидя на своей узкой кровати. – Ты Гарри Поттер, волшебник, мальчик-который-не-помер… мой хозяин, я так понимаю.
– Н-наверное.
– Живёшь ты с какими-то неадекватными родственниками в чулане.
– А, ну, да.
– Ситуация, я прямо скажу, хреновая. Один плюс, не нужно больше ходить на «примерку» мелким сорванцам, которые собираются поступать в школу. А, и ещё на ухо больше не жужжат другие палочки. Постоянно мешали мне спать в моём уютном бархатном футляре.
– Угу, – зачем-то продолжил поддакивать Гарри.
– Но теперь меня вытащили из моей кроватки! Нужно ехать в Хогвартс! Ужас. Я думала, хоть в этой жизни высплюсь, – эмоционально воскликнула собеседница, да так, что искры посыпались.
– Эм, – неуверенно начал мальчик. – Простите, могу я уточнить?
– Валяй, малец.
– Вы сказали, что умерли и потом… очнулись в виде палочки?
– Да. Пришла в себя, когда тот любитель деревяшек выстрогал меня. Дикость странная, не правда ли? Из болтовни Олливандера и покупателей я поняла, что и мир это не мой. Наверное. Либо мир не мой, либо в прошлой жизни я была этим, как его там, маглом. Хотя это не объясняет скачок во времени назад. Я-то мельком слышала, какой нынче год. Так что я из будущего.
– Ого. Невероятно, – Гарри заёрзал на месте. – А вы… расстроились? От того, что умерли? А помните что-то?
– Помню всё. Расстроилась или нет, сейчас уже значения не имеет. Это так давно было, что уже всё позади. А потом я была только рада. Жизнь амёбы, постоянный сон – ну не мечта ли? Палочкам на работу ходить не надо, налогов нет, круто же.
Гарри пожал плечами, пока не зная ничего о взрослой жизни. Но он был бы не против спать вместо того, чтобы без конца выполнять поручения Дурслей.
– Как вы умерли?
– Секрет, – сказала палочка, впервые ответив так коротко.
– А имя вы помните? Просто так будет удобнее вас звать.
Палочка задумалась. Надолго. От затяжного молчания Гарри снова поёрзал, успел протереть очки, а потом, не вытерпев, решил проверить. Вдруг до этого были галлюцинации? Вдруг палочка больше не заговорит?
Мальчик потянулся вперёд.
– Ну-ка! Без рук! – прикрикнули на него.
– Простите…
