— Может, вообще не придут? С утра дождило, — озабоченным голосом произнес Гордеев, — подумают, что мы остались дома.
— Дурак. Они давно запомнили, что мы обычно в плохую погоду вырываемся в город, — усмехнулся Макс и хитровато прищурился.
— Верно. Если небо чистое, мы на задании или отсыпаемся после ночного рейда, — согласился Владимир, — а нелетная погода — это наше все. Свободное личное время в графике. Придут, они с утра, как тучи на небе увидели, так и поняли, что мы приедем в город.
— Опять цветы забыл нарвать! — вспомнил Дима и хлопнул себя по лбу.
— А где?! — потерянно протянул Дима. — Может, задерживается?
— Я сама не знаю, что там точно случилось. Сара ничего не говорит, почернела от горя, плачет. Переживает страшно. Родители сразу постарели на десять лет.
— Несчастный случай? Вражеский налет? — Владимир вспомнил, что два дня назад англичане сбросили на город бомбы. Промахнулись, потеряли ориентировку, спутали город с военным объектом либо напоролись на наши перехватчики и в панике сыпанули бомбы куда придется.
— Нет, Якоба убили немцы. Три дня назад привезли тело. Его застрелили во время облавы, — держалась Элен хорошо.
— Странно.
— Сара почти ничего не говорила о своем брате. Человек он был неплохой, но связался с дурной компанией.
— Плохая компания? Она рассказывала о семейном деле.
— Я не знаю. Говорят, Якоб был связан с подпольем.
— Как я понимаю, к дому Сары нам лучше не приближаться, — тихо проговорил Макс, наклоняясь к уху Владимира. Тот в ответ молча кивнул.
