На душе не так муторно, настроение не такое жуткое, впереди вроде даже просвет виднеется. Надо иногда выплескивать раздражение, не все в себе держать. Пусть люди тоже почувствуют, проникнутся тем, что их ожидает впереди.Глотнув чайку, Иван Маркович продолжил просвещать подчиненных. Люди пока молчали, насупившись слушали командира. Никто не перебивал, не высказывался в адрес командования, шлющего на фронт салаг из училища. Овсянников только усмехнулся, встретив такое единодушие — ничего, дальше будет страшнее.Наши не собираются ограничиваться участием в решающей битве только одной дивизии. Вскоре Семенов получит свою третью дивизию, пока базирующуюся на Запорожье. Одновременно во Францию и Голландию перебрасывается весь 4-й дальнебомбардировочный корпус. Перебазировка полная, вместе с тылами и вспомогательными службами. По некоторым данным, корпус могут усилить еще одной дивизией, но это пока вилами на воде писано.Иван Маркович невольно улыбнулся, вспомнив, с каким выражением лица Семенов выкладывал эти новости. Придется Алексею Михайловичу умерить свои амбиции и апломб. Ныне он полноправный хозяин дивизии. Это два полка «ДБ-3» и отдельная особая эскадрилья «ТБ-7». Грозная сила, даже в нынешнем уполовиненном составе и без оставшегося в Союзе полка.По косвенным намекам Овсянников понял, что Семенов играет значительную роль в планировании операций 2-го воздушного флота люфтваффе, имеет прямой выход на фельдмаршала Кессельринга. Вскоре комдиву придется потесниться, уступить координирование работы с немцами полковнику Судцу. Корпус будет работать как одно целое, не раздергивая свои части по несвязанным участкам и направлениям. Полковник Судец — сторонник массированных ударов, масштабных воздушных операций.Здесь еще одна тонкость. Семенов никогда в этом не признавался, но люди видели: генерал-майора тяготит необходимость подчиняться младшему по званию. Как так получилось и кто принял решение — Овсянников не докапывался, но жизнь сложилась так, что командовать недавно сформированным корпусом поставили проявившего себя в финской бывшего истребителя Судца, а не выросшего в тяжелой бомбардировочной авиации Семенова. Судьба такая. Приглянулся наверху полковник Судец. Дело для конца тридцатых годов нередкое.— Если будем работать слитно, сотнями экипажей по одной цели, быстрее англичан задавим, — заметил Иванов.
— Переформирование в прифронтовых условиях, слаживание звеньев и эскадрилий, молодняк натаскивать, — саркастически ухмыльнулся Савинцев.
Штурман полка умел просчитывать ситуацию на пару ходов вперед, он, как и Овсянников, и Чернов, сразу почуял грозящие полку проблемы. 
