— Стрелкам приготовиться. Глядеть в оба. — Приказ излишен.
Карпов и рядовой Менвелис оба уже прильнули к пулеметам и обшаривают глазами свои сектора.— Командир, вижу ведомых, — докладывает Алексей Карпов, — держатся рядом.
Хорошая новость, хоть эти двое не отбились. Странно, но поняв, что они не одни в небе, Овсянников почувствовал себя увереннее.Бомбардировщик снизился до тысячи метров. Дальше Иван Маркович выровнял машину, перевел ее в горизонтальный полет. Скорость 280 км/ч. Цель должна быть рядом. Скорее всего, мы уже идем над ней. Глазго — большой промышленный район. В окрестностях города не один завод, и все они — желанная добыча. Большинство работает на войну, делают оружие. Остальные обслуживают военное производство.Тусклый лунный свет выхватывает из мрака какие-то сооружения, коробочки домов, кажется, мелькнуло перед глазами и ушло под крыло вытянутое здание производственного корпуса. Это если верно вышли на цель. С таким же успехом внизу могут быть горы. Справа по курсу к небу поднимаются дымовые трубы. На земле мелькают огоньки. Видно петляющую по улицам машину. Дальше на горизонте светятся окна в доме.Как всегда неожиданно слева по курсу в небе вспыхивает яркий огонь САБа. Покачивающаяся на парашюте люстра освещает окрестности. Внизу заметны приземистые кирпичные корпуса, трубы котельной, ниточки заборов.— На боевом! — командует штурман. Остается довернуть самолет к цели и перейти в пологое планирование. На полыхнувшую справа еще пару осветительных бомб Овсянников внимания не обращает. Поздно, Не до них.
