Жена, родители, бизнес, дети, животные, любовницы, хобби, еда, пристрастия, интересы, страхи, неприязнь, деньги, власть, секс... я попал в большой каталог его существа. Меня бросало то в жар, то в холод, разные чувства охватывали меня, я уже начинал чувствовать, как Альберт и думать, как он. Поймав себя на этом я ускорился ещё, чтобы найти одно качество, указывающее на то, что божественная искра не угасла окончательно и никак не мог найти его.
Это была совесть.
Чтобы найти её, мне необходимо было ещё глубже погрузиться в существо Альберта, а для этого отринуть самого себя, стать чистым и стерильным, как скальпель хирурга. Я замер, впитывая остатки тёмного гуру. И наконец-то обнаружил некий болезненный нарост на его душе. Он находился в зоне родственных отношений. Там, где хранились воспоминания о его брате. Я не буду описывать то, что увидел там, но того, что я почувствовал было достаточно, чтобы начать работать с этой энергией. Это был единственный намёк на то, что Тёмный гуру оставался человеком. Тонкая, почти прозрачная нить, которую я стал очень осторожно разматывать.
Но несмотря на все мои предосторожности Альберт забеспокоился и резко принял свою прежнюю форму, а меня при этом откинуло назад и я снова превратился в Бомбермэна. Он понял, что я каким-то образом стал воздействовать на него и преисполнился ярости! Он стал метать бомбы во много раз мощнее по разрушительной силе и пробил-таки мою стену. Привидения десятками гибли под его обстрелом, но он ничего не замечал в стремлении стереть меня с лица земли. Его можно было понять, закостенелая форма пыталась защитить свою неприкосновенность.
Рядом снова материализовался "друг". Он как-то уцелел в этой мясорубке и теперь показывал мне знаками, что надо поговорить. Канонада устроенная тёмным гуру была оглушительная. Очень расстроенный тем, что не завершил дело, я всё же не собирался сдаваться. За короткое мгновение я создал единение с "другом" и сразу его услышал.
-Он не такой уж неуязвимый, каким кажется. Здесь, в игре, ты должен поразить его три раза и он падёт! А ты уже сделал это дважды! Остался последний удар. Сделай же это и ты дашь себе новую жизнь, а нам надежду.
-Что я по твоему должен сделать? Он не реагирует на бомбы, только усиливается от них.
-Придумай что-нибудь, ты же Бомбермэн...
Большего от него мне добиться не удалось.
Я понял, что теперь нужно действовать напрямую, такого человека можно было застать врасплох только так, потому что он ожидал от меня обходных манёвров и был сконцентрирован на осмотре периферии. Придётся откровенно поговорить с грозой "марксистского кружка", надо занять его ум чем-то, надурить его в конце-концов. Для его же блага.
Я вновь переключился на на игру. Сделал свою копию, типа голографической, огромного роста, которая неожиданно выросла прямо перед носом тёмного гуру. Разумеется, я не был конченым идиотом, чтобы самому подставляться под огонь, если он вдруг рассвирепеет. Поэтому мой двойник выглядел очень убедительно.
Он опешил и даже забыл кинуть очередную бомбу.
-Привет!- сказал я непринуждённо, растягивая улыбку до ушей.-Надо срочно обсудить, как получше управлять этим миром. Давай ты будешь генеральным директором, а я буду техническим. Должно же быть какое-то распределение ролей!
Я не мог видеть выражения его лица, но наверняка челюсть отвалилась и глаза выпучились. Это было обращение к его внешней, сознательной части. Он замер на несколько секунд, переваривая услышанное. Я воспользовался паузой и сказал, немного изменив голос:
-Как брата прошу, помоги мне, пожалуйста. Брат, помоги. Помоги, БРАТ...- это был для него удар ниже пояса, потому что эти слова когда-то говорил ему любимый брат, умерший ныне, которому он в своё время не помог и долгое время казнил себя. Об этом никто не знал, ни родители, ни даже его учитель, от которого у него не было тайн. Трудно сказать, что заставило его чёрствую душу хранить это чувство, но оно всегда было с ним. И теперь, когда я занял работой внешнюю и внутреннюю его части, я послал прямо в жалкий остаток божественной частицы мощный импульс, раздувая искру своим огнём и вкладывая в него то, что было во мне и чего не было в нём. То, что он давно похоронил.
Это была трудная работа, на которую я затратил почти все свои душевные силы. Тёмный гуру затрясся как в лихорадке. Он содрал с головы шлем и схватился за горло, ему было трудно дышать. Привидения все остановились и застыли, не в силах оторвать взгляда от своего босса. Я изучал холодное, красивое лицо Альберта, искаженное теперь внезапно возникшими в нём, неизвестными доселе душевными муками. Все картины жизни встали перед его глазами, все его грехи и зло, которое он сотворил. Мне было его даже жаль. Потому что каждый из живущих, кто когда-нибудь чувствовал угрызения совести и сожаление о том, чего нельзя изменить, знает, какие муки может причинить это высокое очищающее божественное чувство.
-А-а-а-а! О-о-о-о-у-у-у-у-а-а-а-а!- завыл Тёмный гуру, схватившись за место, где у человека находится сердце.
