-Это легко доказать Андрей Михалыч, столько документов, сколько у меня есть по вашу душу, достаточно, чтобы отправить вас за решётку за мошенничество. И надолго. - Он откинулся на спинку стула и пристально взглянул мне в лицо.
Наверно изучал мою реакцию на его слова.
У меня в груди неожиданно ухнуло куда-то сердце. Не думал, что слова, не имеющие под собой никакого основания, смогут так неприятно воздействовать на мою психику. Я решил, как только останусь один сразу же займусь поиском корня этого страха, скользнувшего куда-то под корягу и притаившегося там.
Я помолчал, потом спросил:
-Мошенничество это серьёзное обвинение, но где же обманутые мною люди? Я хотел бы их видеть.
-Их вы увидите, да ещё не раз, они вам даже успеют надоесть, - он хмыкнул и достал сигарету.- У меня к вам есть ряд вопросов. От того, как вы на них ответите, будет зависеть ваша дальнейшая судьба.
-Ого! Звучит внушительно,- сказал я и тут вспомнил все детективные фильмы, что когда-либо смотрел.- Я требую присутствия адвоката. Без него я ни на какие вопросы отвечать не буду!
-Ну что ж, ваше право, - мирно ответил Временщиков, перекатывая сигарету в другой угол рта.- Хотя должен предупредить, что в моих силах провести вас по делу, как мошенника, а то ведь мы можем рассмотреть ваши действия, как вымогательство в особо крупных размерах, а это уже другая песня.
Дверь отворилась, и в неё вошёл крупный мужчина с приплюснутым носом, наверно в прошлом борец или боксёр. В противоположность Временщикову он выглядел бодро и весело. Вязаный свитер в синюю полоску придавал ему вид доброго, домашнего человека. Непринуждённо примостившись на краю стола, за которым сидел следователь, он взял у него из-под носа папку, небрежно полистал её и сказал, кивком указывая на меня:
- А-а, наш местный святой, который обдирал последователей, как липку? Взяли, наконец. Поздравляю!
Я подавил волну готового вырваться возмущения.
-Ты бы видел, Николай, что он там устроил, дрался, как лев, его сектанты накинулись, как ненормальные на омоновцев. Вот, что значит зомби!
-Мне нужно позвонить, предупредить родных, где я нахожусь,- сказал я.
-Не волнуйтесь, сегодня весь город в курсе, где вы находитесь. В новостях об этом было очень подробно рассказано, - ответил второй следователь, которого звали Николай.
-Представляю себе эти новости. И всё же я хотел бы узнать, в чём меня обвиняют, и требую вызвать адвоката.- Я старался говорить спокойно и уверенно, загнав колебания поглубже.
"Интересно - подумал я, - кто из них добрый, а кто злой следователь?"
-Адвоката мы можем вам вызвать дежурного и прямо сейчас, а обвиняют вас по статье 159 часть 4 УК Российской Федерации. Втираясь в доверие к людям и угрозами насылания порчи, вы завладевали имуществом своих последователей, но не думаю, что вам удастся попользоваться им.
- Пётр Павлович, вы сами верите в то, что сейчас сказали? - спросил я Временщикова.
-Если бы мы с вами разговаривали в очереди за колбасой, то не поверил бы, сказал байки! Но у нас есть неоспоримые факты вашей деятельности, скреплённые печатями нотариуса.
-Я бы желал взглянуть, - сказал я, протягивая руку за папкой, но следователь отодвинул её подальше.
-Сначала ознакомьтесь с протоколом задержания,- он подсунул мне листок официальной бумаги, испещрённой кривыми буквами.
Я начал читать и только хотел возмутиться чуши, которая была там написана, как раздался резкий звонок телефона. Временщиков поморщившись от его звука, поднял трубку:
-Слушаю... Временщиков. Понял. Принял. - Он положил трубку. - Коновалов! - В дверь втиснулось толстое лицо, захлопало глазами.- Отведи товарища обратно.
-Подождите! А кто будет объяснять мои права?! Мне нужен телефонный звонок.
-Хорошо, звоните, только быстрее. Всё остальное, когда вернусь. - Он повернул ко мне аппарат с диском, какими я не пользовался лет пятнадцать.
Я набрал номер друга. И хотя было уже поздно, или, наоборот, рано, тот быстро поднял трубку.
-Алло!- голос сонный.
-Паша, привет, - это я.
Он моментально узнал меня.
-Понял, ничего не говори, тебе нужен адвокат. Мы смотрели передачу, весь город на ушах. Я тебе найду завтра самого лучшего, держись, никто не верит в то, что на тебя наклепали. Зависть - вот проблема нашего гнилого общества! - Паша сел на своего конька.
-Заканчивайте разговор! - нетерпеливо сказал Временщиков, быстро складывая портфель какие-то бумаги.
-Всё, мне надо идти, - сказал я другу,- бывай!
-Ясно, держись там. Пока!
Я положил трубку и отправился за Коноваловым обратно в КПЗ, по-прежнему пустую и холодную, желающих разделить моё одиночество не было. Растянувшись на лавке, я принялся медитировать. За время моего присутствия здесь у меня появился список вопросов к самому себе.
