В отличие от приятеля по школе субалтернов Тоота, будущий ротмистр Чачу не блистал древностью рода. Зато однажды, еще в детстве, ему удалось прокатиться на Собственном Его Высочества принца Кирну именном бомбовозе. Это случилось в последний мирный год Саракша перед разрушительной атомной войной, победителей в которой не было. А потом все изменилось.Студентом, Бат оказался в самом эпицентре кровавого хонтийского мятежа и чудом выжил, прибившись к отступающему отряду Боевой Гвардии. Отныне его дорога была предопределена: бои первой Хонтийской, школа субалтернов, мясорубка новой войны с былой провинцией, еще более страшной и бессмысленной. Потом будут ранения, борьба с белыми субмаринами на побережье, своя и чужая кровь. Путь боевого офицера, имперца без империи. Но что бы ни происходило, Чачу не забудет бескрайних земель под крылом бомбовоза, которые очень давно составляли единое государство…
Самолет был гигантским. Вытянутое длинное тело с яркими знаками и эмблемами, огромные крылья, украшенные шестью моторами… Не самолет – настоящий дракон, гудящий, сеющий пропеллерами ураганный ветер.
Бат завороженно следил за заходящей на посадку машиной. В неполные двенадцать лет так хочется чудес! Разве не чудо – летящее творение рук человеческих? И вообще чудо из чудес – получить именное приглашение на аэродром на время прилета диковинного красавца.
Конечно, аэродром был гражданским, незакрытым, и «Горный Орел» шел без бомбовой нагрузки. Так, сугубо деловой визит с попутной демонстрацией Имперской мощи. Но Бату все же хотелось верить, что в длинном фюзеляже, на страх и погибель всем врагам, покоятся грозные бомбы! И как-то не было понимания, что посадка с таким грузом опасна. Причем – не для одних летчиков.
Хотелось – и все.
А как они шли! «Горный Орел» в центре, звено истребителей – попарно по бокам, в почетном эскорте. Даже сели, не нарушая торжественного строя. Гигант чуть раньше, малыши – с секундной задержкой. Допущенная на край аэродрома публика взвыла от восторга. Тот случай, когда мастерство видно воочию, и даже дилетант понимает: вот это класс!
Бомбовоз с разгона покатился дальше, уменьшился, почти достиг едва видимого края поля, и лишь там важно развернулся и двинулся к недавно отремонтированному, украшенному флагами зданию аэровокзала.
Впрочем, до самого здания он не доехал. Опять свернул, застыл в сторонке, и сейчас же к нему устремилось несколько открытых машин. Машины тоже принадлежали принцу. Два транспортных самолета еще утром доставили сюда минимальную свиту и технику. Только их прибытие проходило без помпы. Обычный рейс.
– Вон смотри, принц! Видишь? – восторженно прошептал на ухо Бату отец. В честь торжественного случая был он в новом костюме, ни дать ни взять – важная шишка. Хотя всего-то-навсего – владелец бойни. Не слишком бедный человек, но в сравнении со многими собравшимися – мелочь.
– Где принц? Где? – Не отличавшийся ростом Бат старательно вытягивал шею.
– Да вон же! Спускается первым! Высокий такой! А чуть позади… Да это же наш Нол!
Последние слова старший Чачу выкрикнул. Будто не знал о должности родного брата и факт нахождения ближайшего родственника в окружении принца явился для него новостью.
Окружающие невольно оглянулись. Тут собрались люди достойные во всех отношениях, и все же верхушка города, руководство завода и оказавшиеся здесь аристократы стояли в сторонке отдельной группой. А тут – случайно оказаться с человеком, который явно знает идущего за принцем мужчину, да еще имеет право называть его по имени!
С ума сойти!
– Это мой брат! – с гордостью поведал отец. – Флаг-инженер эскадры.
Люди даже невольно раздвинулись, высвобождая место для родственников столь важной персоны.
Сама важная персона меж тем никак не могла покинуть отведенное ей в соответствии с церемониалом место. Согласно этикету, в головную машину сел лишь принц со своим адъютантом. Зато Нол Чачу оказался во второй – большая честь, которую помимо него удостоились лишь двое членов экипажа.
Оркестр грянул «Марш Гвардейцев». Под его бравурные звуки кортеж плавно тронулся, описал небольшую дугу по краю летного поля и приблизился к толпе встречающих. Принц первым ступил на землю, и допущенные до встречи люди радостно взревели. Не каждому выпадает счастье увидеть вблизи члена Императорского дома. Империя велика, и подавляющему большинству подданных суждено лицезреть своих властителей разве что на фотографиях да телевизионных экранах.
Маленький Бат не расслышал речи Его Высочества. Не потому, что последний говорил тихо или окружающие шумели. Нет, слова долетали, просто мальчик был не в том возрасте, чтобы понять их значение. Счастье видеть затмило от него смысл. Вроде принц говорил что-то, но что…
Зато облик Кирну навсегда врезался в память. Родственник Императора выглядел с точки зрения мальчишки весьма впечатляюще. Подтянутый, с гвардейской выправкой, лишь подчеркивающей его рост, со слегка вытянутым, аккуратно выбритым лицом и небольшим шрамиком на щеке, одетый по-простому в форменные брюки, сапоги и кожаную летную куртку без эмблем и погон – не человек, воплощение того, к чему подсознательно стремилась душа Бата. И поневоле захотелось стать таким же небожителем. Не в смысле титула, нет, в смысле рода занятий. Точно так же пилотировать самолет, созерцать землю с высоты птичьего полета, упиваться властью над большой сложной машиной, а еще лучше – не только летать, но и быть причастным к конструированию воздушных аппаратов, как дядя.
Хотя, по слухам, принц Кирну тоже порою выступает конструктором, только по высокому положению запрещает распространяться об этом. Как-то принято, чтобы мужчины правящего дома были военными, по совместительству – администраторами, но дела творческие почему-то гласно им противопоказаны.
