— Поэтому, гражданин директор, если хотите дешево отделятся, то поступим следующим образом — сейчас ваши ребята собираются и ставят на экскаватор уважаемой Мариам Степановны все, что успели снять. Через три часа сюда прибывает специалист, принимает экскаватор и не дай Бог, окажется, что поставили какаю ни будь рваную прокладку. После этого мы оформляем акт добровольной выдаче экскаватора, и самоходный механизм покидает вашу территорию. Но это еще не все — так как в результате ваших художество фирма Мариам Степановны понесла временные потери, то завтра на ее объект прибывает, в дополнение к арендованному «Хитачи» еще одна единица экскаватора, и они начинают в круглосуточном режиме догонять темп, определенный графиком работ. Вы обеспечиваете круглосуточную работу механизмов, Мариам Степановна, со своей стороны, организует освещение места проведения работ и трехразовое горячее питание. Стоимость работ двух ваших экскаваторов — один рубль. Как вам мое предложение остаться на свободе, не иметь судимости и отсутствие пятен на репутации? Если мы договор подписываем, то вы завтра приезжаете ко мне на службу, мы оформляем бумаги, в результате вы будете в этом деле, максимум, свидетелем, а возможно, и даже не будете фигурировать ни каким образом. И не надо смотреть на Мариам Степановну такими глазами — забрать заявление безболезненно у нее не получится, а как только она попробует это сделать, то я перестану ей помогать, и она останется один на один с вами.
— Хорошо, мой юрист подготовят договор. — судя по всему, директор не смирился и сейчас будет заходить с другой стороны, подсунув на подпись договор, по которому должны останемся мы.
— Павел, а кто специалист, который экскаватор примет и угонит его отсюда? А в этих железках ничего не понимаю и водить их не умею. — дождавшись момента, когда директор со своей командой нас покинули, девушка, с крайней степенью испуга на лице, опять склонилась к моему плечу.
— А вот этот вопрос мы будем решать очень-очень быстро.
Оставив Демона и Кролика охранять механизм, я прихватив девушку, помчался в сторону, виднеющихся в полукилометре, жилых домов.
Через час в один из дворов города река местный почтальон принес телеграмму-молнию, адресованную Хомякову, читать которую, по причине того, что большинство соседей телеграмму-молнию видели впервые в жизни, сбежалась половина барака.
«Ивану Михайловичу Хомякову сверхсрочно прибыть адрес Город улица ххх дом ххх оплата двойная производственная необходимость документы собой Плотникова».
Пока дед Петр рассказывал народу, как однажды он получил телеграмму с пометкой «Правительственная», Иван Хомяков, впечатленный словами «оплата двойная», сунул в карман документы экскаваторщика и поспешил на остановку, круглосуточно курсирующего, автобуса маршрута «Аэропорт — Город» — в Реке было тяжело с работой, не то что за двойную, но и за одинарную оплату.
Договор между двумя сторонами должен помещаться на один стандартный лист бумаги и быть написанным простыми я ясными словами, понятными даже пятикласснику — это мое убеждение. Юрист Виталия Владимировича придерживался совершенно противоположной точки зрения, через два часа передав мне договор на шести листах. Когда я понял, что восемьдесят процентов текста договора или вычеркнуты мною, так как ухудшают положение нашей стороны или напротив этой строки стоит знак вопроса, так как понять, что означает то или иное предложение я не способен, я просто разорвал все шесть листов этой галиматьи и от руки, под копирку, написал договор, уложившись ровно на одном листе.
Директор злобно покосился на обрывки договора, которые, с удовольствием, гоняли по просторному двору Демон на пару с ветром, и сообщил, что он пойдет в свой кабинет, заодно там и поставит печать.
— Нет, Виталий Владимирович, договор подписываете здесь и сейчас, при нас, обязательно правой рукой, я заметил, она у вас рабочая, чтобы не было потом историй, что документ подписан неуполномоченным лицом…
Глава девятнадцатая.
Легкая форма амнезии.
Август 1993 года.
В управлении механизации мы пробыли еще три часа, не скажу, что самые приятные. После того, как я заставил директора подписать договор в моей редакции, остатки любезности по отношении к гостям у хозяев исчезли окончательно. Хорошо, что у нас была с собой машина — сидеть я салоне всяко приятнее, чем стоять на ногах.
Наконец прибыл вызванный телеграммой хомяков (надо будет не забыть заставить Наглого снять мужика с розыска, да и вообще не забыть о том, что Наглый «закрысил» полученные от Мариам полмиллиона рублей, а это не много не мало, милицейская зарплата месяцев за десять.
