Этим вечером меня попросили рассказать о традиции бон и ее отношениях с буддизмом. Когда Его Святейшество Далай-лама говорит о тибетских традициях, он часто упоминает о пяти традициях Тибета: ньингма, кагью, сакья, гелуг и боне. С точки зрения Его Святейшества, бон стоит в одном ряду с направлениями тибетского буддизма.
Амстердам, Нидерланды, 23 декабря 2001 г. Расшифровка отредактированного курса
Оригинал страницы:
Давайте успокоимся, обратив все внимание на дыхание. Если наш ум в полном беспорядке, мы можем считать вдохи-выдохи: выдох – вдох (раз); выдох – вдох (два) – и так до одиннадцати, несколько раз. Если вы относительно спокойны, то считать не нужно. Просто сосредоточьтесь на ощущении проходящего через нос воздуха.
Затем мы подтверждаем нашу мотивацию. На Западе под словом «мотивация» понимают психологические или эмоциональные причины совершения определенного поступка. Это не совпадает со значением тибетского слова «’dun-pa» – цель, то, чего мы стремимся осуществить. Мы пришли сюда и слушаем эту лекцию, чтобы получить четкое представление о традиции бон и ее отношениях с буддизмом. Мы хотим следовать выбранному пути, будь то бон или буддизм, с большей ясностью и без сектантских взглядов. Это помогает нам уделять все внимание духовному пути, цель которого – достижение просветления на благо всех существ. Мы подтверждаем эту цель.
Затем мы принимаем сознательное решение слушать сосредоточенно. Мы принимаем это решение перед медитацией, однако также важно делать это перед учебой, работой и вообще перед любым видом деятельности. Мы решаем, что, если наше внимание будет блуждать, мы вернем его на место, а если мы почувствуем сонливость, то постараемся взбодриться. Таким образом, мы стремимся получить наибольшую пользу от присутствия здесь. Мы принимаем это решение сознательно.
Этим вечером меня попросили рассказать о традиции бон и ее отношениях с буддизмом. Когда Его Святейшество Далай-лама говорит о тибетских традициях, он часто упоминает о пяти традициях Тибета: ньингма, кагью, сакья, гелуг и боне. С точки зрения Его Святейшества, бон стоит в одном ряду с направлениями тибетского буддизма. Далай-лама отличается очень широкими взглядами. Далеко не каждый согласился бы с подобным утверждением. Многие буддийские учителя имели и до сих пор имеют очень странные представления о боне. С точки зрения западной психологии, когда люди старательно пытаются подчеркнуть достоинства своей личности, еще не понимая вещей на глубинном уровне, происходит проецирование теневой стороны на врага. «Мы хорошие ребята на правильном, чистом пути, а они – черти». К сожалению, в истории Тибета бонцы были традиционным объектом отрицательного проецирования. Далее мы рассмотрим исторические причины подобного отношения. И, конечно, все это следует понимать в контексте тибетской политической истории.
Действительно, бон пользуется весьма дурной славой в самом Тибете. Западных людей зачастую привлекают конфликты, будто бы то, что имеет плохой имидж, интереснее. Другие традиции слишком скучны, без изъянов. Еще одно странное представление – считать, что бон более экзотичен, чем тибетский буддизм. Некоторые западные люди думают, что в боне они смогут найти магию, как у Лобсанга Рампы, который писал, что для открытия третьего глаза просверливают дырку во лбу. Все эти точки зрения неверны. Нам необходимо стремиться к более уравновешенному представлению и смотреть на бон с уважением, как это делает Его Святейшество. Важно понять тибетскую историю, чтобы увидеть, каким образом развилось отрицательное отношение к бону, и понять, как подход традиции бон к духовному развитию соотносится с тибетским буддизмом.
Согласно самой традиции бон, ее основал Шенраб Миво тридцать тысяч лет назад. Таким образом, речь идет примерно о каменном веке. Я не думаю, однако, что это значит, что он был пещерным человеком. Назвать традицию древней – это обычный способ выразить уважение. В любом случае, невозможно установить точные даты жизни Миво Шенраба. Он жил в Омолунгринге, и описание этого места походит на смесь представлений о Шамбале, горе Меру и горе Кайлаш. Это описание совершенной духовной земли. Говорят, что Омолунгринг был частью большей области – Тазига. Слово «Тазиг» можно найти в персидском и арабском языках, где оно обозначает Персию или Аравию, а в другом контексте – кочевое племя. Согласно описанию в традиции бон, Тазиг находился западнее царства Шанг-Шунг, располагавшегося в Западном Тибете.
