– И еще я постараюсь пробить номер мобильника этого загадочного Вити, которому тоже вдруг понадобились чужие шахматные доски, – сказала она. – И поищу пропавшего шофера такси.
Леся не возражала. Ее после поездки в электричке и долгой прогулки по свежему воздуху за городом изрядно клонило в сон. И отправляясь на боковую, она не без злорадства успела себе представить физиономию племянницы, когда она вернулась в дом тети Веры, а шахматы – тю-тю. В Лесином воображении физиономия у Вики получалась до того потешная, что она от души над ней похихикала. И уснула она совершенно счастливая.
А вот Кире уснуть так быстро не удалось. Возвращаясь к себе, она услышала звонок. Даже не глядя на высветившийся номер, она уже знала, кто звонит.
– Привет!
– Где ты?
– Возле твоего дома. Стою и смотрю на твои окна. А ты где?
– Тоже иду домой.
И выйдя из Лесиного парадного во двор, Кира в самом деле увидела своего поклонника. При виде девушки Апогей просиял. И извлек из-за спины букет красных роз. Их было семь штук. И все чуть разного оттенка. На тонких ножках. Не слишком крупные, но зато издающие чудесный аромат.
Вручая цветы, Апогей выглядел изрядно смущенным и в то же время счастливым.
– Никогда не дарил девушкам цветов, – краснея, признался он. – И даже не представлял, что когда-нибудь сделаю это. Оказывается, это так приятно!
– Я тоже много чего раньше не делала. Пойдем?
И обнявшись, словно были знакомы сто лет и столько же прожили вместе, они пошли к Кире. И разумеется, снова начали болтать. И о том, что ей нужно узнать данные Вити по его мобильному телефону, Кира вспомнила только глубокой ночью. Апогей тоже заинтересовался. И подсел с Кирой к ее компьютеру.
Пощелкав по клавишам, Кира быстро вошла в базу данных. И извлекла из нее нужный номер.
– Увы, по моим сведениям, он принадлежит некоему Николаю Семеновичу Зеленцову.
– Ну и что? Этот Витя мог представиться под чужим именем.
– По возрасту Зеленцов тоже не подходит.
– Да?
– Леночка сказала, что ее Витя был лет двадцати трех-двадцати пяти. А Зеленцову, судя по его данным, уже стукнул полтинник.
– Может быть, это его отец? Или другой родственник? А трубку у него Витя просто одолжил.
– Или, лучше скажи, украл, – нахмурилась Кира, которая все всматривалась в адрес Николая Семеновича Зеленцова, и почему-то он казался ей знакомым.
Но ее сбил с мысли Апогей.
– Почему сразу украл? – спросил он у Киры.
– Если он шахматную доску у старика мог украсть, то и телефон у этого Зеленцова запросто мог спереть.
При этом Кира вновь устыдилась, вспомнив, что и ее дорогая подруга Леся не без греха. Но ведь этот Витя не имел никаких моральных прав красть доску. А у Леси был веский аргумент. Она вела расследование. И шахматы эти были фактически уже не шахматами – уликой. Вещественным доказательством. Чего и кому, Кира еще не понимала. Но не сомневалась, что сумеет разобраться в этой загадочной истории.
– А что слышно об убийстве Марины? – спросила она, чтобы сменить тему.
Апогей неожиданно помрачнел. И на его лице заиграли желваки. Видя, как он расстроен, Кира тоже встревожилась.
– Что? Что еще случилось?
– Ее дети тоже пропали.
– Ах, нет! – с облегчением воскликнула Кира. – Не волнуйся. Никуда они не пропали. Их просто Светлана забрала. Жена их отца.
– Знаю. У нее-то они и пропали.
Кире словно раскаленный прут с размаху вонзился в сердце. Стало невозможно дышать. И перед глазами запрыгали отвратительные красные точки.
– Что?! – выдохнула она. – Как пропали? Куда?
– Никто не знает.
– Почему же ты молчал?
– Я сначала не хотел тебе говорить, чтобы не тревожить, – виновато потупился Апогей. – Но ты спросила, и я вдруг понял, что ты имеешь право знать.
– Конечно, имею! Как они пропали? Где? Когда?
– Никто не понимает.
– А Светлана что говорит?
– Ничего. Она тоже пропала. Вместе с детьми.
У Киры окончательно перехватило дыхание. Этого еще только не хватало! И Светлана пропала! У Киры задрожали руки. И ей почудилось, что еще минута, и она разревется от собственного бессилия. Неизвестные злодеи жили и действовали, творя свое зло, а она даже не знала, кто они такие и что им нужно. Но усилием воли она сдержалась. От слез сейчас было бы мало проку. Вместо того чтобы лить слезы, нужно было до конца и немедленно прояснить ситуацию.
– Ты уверен, что их именно похитили? Может быть, они просто куда-то уехали?
Апогей покачал головой.
– Я сегодня заходил к Марине.
– Зачем? – тут же спросила Кира.
– Чтобы проведать ее мать.
– Она же в больнице?
– Теперь снова – да. А утром она мне звонила и сказала, что ее выписали домой. Только я не знал, что бабка, вместо того чтобы вернуться к себе, первым делом помчалась к Светлане, к внукам.
– И?…
– Она нашла их квартиру пустой.
Дверь была нараспашку. И мать Марины сразу же заподозрила неладное. Тем более что своих внучков и особенно внучку Ирочку она знала отлично. И понимала, что такой тишины в доме, где находится троица этих шалунов, быть просто не может. Даже когда дети были шелковыми, они все равно, играя, поднимали шумную возню.
