– Вы готовы? – шепотом осведомилась у них медсестра, засунув голову в палату. – Пора идти, пока никто не видит!
Медсестричка не соврала. В коридоре никого не было. Друзья благополучно доставили Очкастого до лифта. И запихнули в кабинку. Там с помощью щипков, пинков и прочих подручных средств его удалось поставить вертикально. И некоторое время удерживать в таком положении.
– Но он же не может идти! – в ужасе прошептал Иван Алексеевич, глядя на заплетающиеся ноги Очкастого. – Как мы протащим его мимо охраны? Они все поймут!
Медсестричка только презрительно хмыкнула в ответ. Она вышла из лифта первой. И виляя попой, сразу же направилась к охраннику.
– Когда мы отойдем, вы быстро прошмыгнете, – бросила она через плечо. – У вас будет полминуты.
Дальше все прошло, словно по писаному. Выйдя из лифта, друзья прислонили дремлющего Очкастого к стенке. И сделали вид, что приводят в порядок его одежду, зорко поглядывая за перемещением своей сообщницы и охранника. Эти двое поболтали, а потом охранник поднялся и, глянув по сторонам, пошел следом за медсестрой в подсобное помещение.
В тот же миг Апогей и Иван Алексеевич, подхватив Очкастого под руки, метнулись к выходу. По пути их слегка занесло. И сбившись с траектории, они сшибли кадку с каким-то декоративным растением. К счастью, кадка была пластмассовая, а само растение с пышной листвой и упругими ветками. Так что при падении большого шума не последовало.
– Потом вернусь и обязательно оплачу им ущерб! – застеснялся совестливый Иван Алексеевич.
Запихнуть Очкастого в машину труда не составило. Хотя на свежем воздухе он немного очухался. И попытался выяснить, куда они едут.
– К девочкам поедем! – сказал ему чистую правду Апогей.
Но Очкастый его не понял. И с довольным видом заулыбался.
– К девочкам – это хорошо! – одобрил он.
И затих на заднем сиденье, таращась перед собой идиотски умиротворенным взглядом. Потом глаза его закрылись. И раздался негромкий храп.
– Как чувствуешь себя в амплуа преступника? – заводя машину, шутливо обратился к приятелю Апогей. – Признайся, селезенка екала?
– И не она одна.
– У меня тоже. Но все ведь прошло хорошо?
– Хорошо будет, когда мы доставим этого типа к девочкам. Пусть они с ним дальше разбираются. А мы свою часть задания выполнили.
Место, где предполагалось проводить допрос Очкастого, было выбрано заранее. Оно должно было отвечать нескольким требованиям. Находиться недалеко от города, но в то же время достаточно близко. Никому не хотелось таскаться с Очкастым взад и вперед по области. Но ни у подруг, ни у их друзей дачи не было. У Апогея была, но там в настоящий момент жила сестра с племянником.
И если визиту брата и его друзей она была бы рада, то вряд ли она бы одобрила появление пленника, которого к тому же еще станут допрашивать.
Но тут неожиданно на помощь друзьям пришел Заливной. Узнав о том, что они хотят «взять вражеского языка», он горячо одобрил эту идею.
– И никакое это не преступление! – заявил он. – На войне как на войне!
Заливной оказался хорошо подготовленным по всем направлениям союзником. Помимо дома в Карелии, у него имелась еще и дачка в Ленинградской области. Там сейчас никто не жил, так как дочь и зять работали, а внуки отдыхали в спортивном лагере.
– Так что вы можете пользоваться дачей по своему усмотрению, – сказал Заливной, объясняя Кире, как туда проехать и где хранятся ключи от входной двери. – Езжайте и располагайтесь.
– А вы?
– А я дождусь внуков, они только вечером вернутся. Поговорю с сорванцами, куда это они таскали мои шахматы и где потеряли белую королеву. Уши им надеру, паршивцам, если что. Но все равно ближе к ночи приеду.
План Киру полностью устроил. И дождавшись в условленном месте машину с пленником, она двинулась вперед, сравнивая ориентиры на местности с тем, что ей рассказал Заливной.
– Пост ГАИ мы проехали, теперь нужно считать повороты, – сказала она. – Пятый по счету будет наш.
– Направо?
– Да.
– А те повороты, которые будут попадаться налево, тоже считаются?
Кира кинула на подругу сердитый взгляд.
– Ради бога, не путай меня!
– Так считаются или нет?
– Нет!
– А грунтовая дорога за поворот считается? – не унималась Леся.
Кира даже взмокла от напряжения. Откуда она знает?
– Вроде бы про грунтовку разговора не было, – неуверенно заметила она.
– Ага! Хорошо. Потому что мы только что проехали пятый по счету поворот. Но он шел на грунтовку.
Наконец появился поворот. Дорога и тут была заасфальтирована. Так что подруги могли быть спокойны. Миновали еще несколько ориентиров. Причем Кира с раздражением отметила, что они шли как бы не по порядку. Сначала дорожный знак «Осторожно, дети!». Потом магазин. А потом уже какие-то строения, которые больше напоминали коровник, но которые, Кира это твердо знала со слов Заливного, на самом деле являлись сельским клубом.
– Магазин должен быть сначала. Старик стал совсем рассеянным, – сердито произнесла она.
