Борьба племён Подунавья с Римом в 70-х гг. III в. н.э. полностью

В длительной упорной борьбе задунайских племён с Римом важное место занимают войны 70-х годов III в. н.э. Западноевропейская буржуазная историография при изучении этих событий главное внимание уделяет вторжениям на территорию Римской империи германских племён, оставляя в тени борьбу и роль сарматов, алан, карпов. Учёные Советского Союза и Румынии много сделали для объяснения причин вторжений варваров, пролили свет на проблему падения римского господства в Дакии[1]. Однако и в литературе социалистических стран отсутствуют работы, посвящённые ходу войн 70-х годов, их историческому значению.

Причины Дунайских войн следует искать прежде всего в недрах самого племенного мира, располагавшегося к северу от великой европейской реки. Обитавшие в этом районе племена сарматов, германцев, гето-фракийцев переживали эпоху разложения родо-племенных отношений. Стремление к захвату земель и добычи, ненависть к римскому рабовладельческому государству толкали их на путь широкой военной экспансии.

К началу 70-х годов III в. антиримские войны варваров имели уже не менее чем тридцатилетнюю историю. Варварские племена нанесли тяжёлые удары по Малой Азии и Балкано-Дунайским областям Империи, захватив при этом большую часть Дакии. Победа императора Клавдия II несколько улучшила положение римлян. Но резервы варваров все ещё оставались весьма значительными, а силы Римской империи были по-прежнему раздроблены. Войны с персами и зарейнскими германцами, продолжавшаяся борьба народных масс Рима против своих угнетателей создавали благоприятные условия для вторжений племён из Центральной и Юго-Восточной Европы[2].

Новым военным осложнениям на Дунае предшествовало изменение взаимоотношений римлян с некоторыми из пограничных племён, которые доселе поддерживали с Империей мирные отношения или принимали в борьбе незначительное участие. Римляне, судя по всему, отказали верхнедунайскому племени ютунгов[3] в уплате традиционной субсидии (Dexipp., fr.22, HGM). Истощение римской казны, а также успехи Клавдия могут вполне объяснить этот поступок римского правительства. Ютунги, в стране которых к тому же случился недород, восприняли это как повод для войны. Они, очевидно, стремились предотвратить дальнейшее усиление римских позиций и вместе с тем путём демонстрации своей военной мощи хотели восстановить прежнее положение вещей.

Ютунги, обитавшие у северных границ Реции, прорвавшись через эту провинцию, проникли в Италию. Внезапность нападения и вражда между Аврелианом и Квинтиллом облегчили их успех. Варварам удалось опустошить некоторые районы Северной Италии. Прекращение двоецарствия и поспешный марш Аврелиана к театру военных действий побудили и ютунгов к отступлению (Dexipp. , fr. 22). В непосредственной близости от Дуная римляне нанесли им тяжёлое поражение. Лишь уход Аврелиана на Средний Дунай, где также разразилась война с варварами, спас ютунгов от окончательного разгрома.

В науке давно было высказано предположение о том, что в качестве противников Рима в этой новой войне наряду с вандалами выступили и среднедунайские сарматы[4]. Нам это кажется несомненным. Ведь сарматы приняли участие в триумфе Аврелиана (SHA, Aurel, 33,4), а император приобрёл титул «Сарматского» (CIL, III, № 12333). Касаясь этой войны на Среднем Дунае, Зосим (I,48,1-2) именует противников Рима «скифами», что в свою очередь служит доказательством коалиционного вандальско-сарматского характера вторжения.

Местные сарматские племена уже много лет боролись с Римом. Приток на Средний Дунай новых племён и прежде всего роксолан[5], увеличивший боевую мощь варваров и обостривший вместе с тем потребность в новых землях, сопровождался ростом их военной активности. Вандалы, лишь эпизодически участвовавшие в борьбе предшествующего периода, в этих условиях решились на войну. Как считают, и здесь одной из побудительных причин был отказ римлян от дальнейшей уплаты субсидий.

Ютунгское вторжение было совершено в первое полугодие 270 г., а нападение вандалов и сарматов развернулось скорее всего летом того же года. Союзники на первых порах не встретили активного сопротивления римских войск, что дало варварам возможность опустошить обширные районы Иллирика. Принятие Аврелианом титула Sarmaticus maximus, упоминание в сцене триумфа вначале сарматов, а лишь затем франков, свевов и вандалов, свидетельствует о том, что в этом натиске ведущую роль играли именно сарматы.