— Стрельбой, да, — она демонстративно выставила руки в форме пистолета и сделала якобы выстрелы со словами «паф-паф». — И не в нашу пользу. Чтобы остановить это безумие, мне надо было что-то ответить на наезд: и честь отстоять, и авторитет поднять в глазах их командира. Поэтому я решила рискнуть. Ну, я тому мужику крикнула: «Oh, go suck some dick!»3
...
— Мисато-сан! — возмутился юноша столь громко, что даже мирно завтракающий Пен-Пен подпрыгнул и настороженно взглянул на него.
— ...ожидая соответствующей реакции.
— Мы за столом!
— Ты слушай дальше, — она уплетала завтрак так же быстро, как и рассказывала свою историю: — А он мне с грозным лицом и ещё так снисходительно: «You❜ve nothing to suck. Actually you can use your tongue to polish your friends❜ toys»4
.
Синдзи явно был недоволен звучащей пошлятиной, но промолчал — историю всё же хотел дослушать.
— Хоть он ответил, в общем-то, как я и рассчитывала, но меня всё это задело. Мне стало обидно не за себя, а за вверенных мне ребят. А тут ещё новичок, Араки Каито, смышлёный парень был, такой выкрикнул с ядрёным японским акцентом: «Our shief balls have more steel that the ones of anyone else!»5
Женщина изобразила приятный мужской голос, исказив английский до ужаса и отчётливо выговаривая «р» вместо «л». Хотя Синдзи уверен, что сама Мисато заморский язык знает если не в совершенстве, то на хорошем уровне, ибо, по её же байкам, она постоянно якшалась с американской военщиной.
— Чую, он недалёк от правды, — улыбнулся Синдзи.
— Ну, Араки отличался осторожностью: ничего не сделает и не скажет, не подумав десять раз, хотя инициатива от него всегда так и пёрла, — заключила она, поводя пальцем в воздухе. — Так вот, ему в ответ крикнули на ещё более ломаном английском: «Well I❜ll be dam, prove it!»6
На той стороне загоготали, а мои ребята уже готовы палить. Плохо дело. Отбросив кучу вариантов, я остановилась на относительно безобидной идее, которая на crazy Russians должна сработать. Я молча подхожу к Фурукаве, зная, где тот хранит презервативы на всякий случай, вытаскиваю один из них, вскрываю, натягиваю на средний палец. И так как тот мужлан совсем перегнул палку, тут же, не моргнув глазом, достаю две гранаты в каждую руку, выдёргиваю из них чеку...
Синдзи отложил палочки и застыл с удивлённым взглядом. А Мисато проговорила шёпотом:
— Тишина гробовая, — она повела рукой в воздухе, — и лица у всех, как у тебя, — застыли, смотрят. Оружие на изготовку — все ждут приказа. Но их офицер медлит — он не хотел устраивать бойню за ни за что. Показать, кто здесь главный, — да. Но не срывать операцию с кучей трупов и ранеными. Русский спецназ, может, безбашенный в поле, но там в кабинетах за провинность размазывают по стенке похлеще, чем у нас.
— И что же вы сделали?
— А я показала фак тому мужику и заявляю: «Here, take some soft candy stick and steel balls»7
. Я ещё так пальчиком поманила, а лицо сделала посексапильнее, — она всё это продемонстрировала шокированному Синдзи, но не в его сторону. — Разом почти все бойцы, что наши, что их, не выдержав, рассмеялись в голос. Кроме того мужлана — он стоял пристыженный и красный как рак.
— Это же было безумие!
— Оно того стоило, ты бы видел их лица! — рассмеялась женщина. — В итоге сошлись на том, что мы не мешаем им, а они не мешают нам. Благо цели наши друг другу не противоречили.
Синдзи издал нервный смешок. Что она всей этой историей хотела сказать? Наверняка вложила какую-то глубокую мысль, а-ля «безрассудная непредсказуемость в патовой ситуации иногда полезна». Но для этого необходимо уметь рисковать. Мог ли что-либо подобное выкинуть пилот «Евы-01»? Скорее нет, чем да. А для Кацураги это обыденность.
«Не зря её прозвали Генко, вот не зря, — восхищался он про себя, глядя, как женщина, довольная собою, уминает завтрак. — Самая натуральная мистическая лисица, создающая чудеса и приносящая удачу даже в самом тяжёлом положении. И в этом вся Мисато-сан».
Синдзи улыбнулся своим размышлениям, укрепляясь во мнении, что в её руках с ним всё будет хорошо.
— Синдзи-кун, я знаю, что, может, сейчас не время тебя об этом просить, но постарайся идти на контакт со своими одноклассниками. Особенно если они сами хотят с тобой подружиться.
Икари глянул на неё оценивающим взглядом.
— Хорошо, постараюсь.
— Постарайся! — встала женщина из-за стола.
— А разве мне не стоит держаться в стороне, чтобы случайно ничего не взболтнуть?
— Ты и так ничего не взболтнёшь, а иметь поддержку друзей всегда помогает и воодушевляет. А если это ещё девушка...
— Мисато-сан...
Конечно, приходилось мириться с некоторыми недостатками Кацураги: пригубить после работы пиво любила, но в меру — пьяной её ни разу юноша не видел. А также вечные подколки и шутки, порой ниже пояса. Вот и сейчас Синдзи у себя в школьной сумке обнаружил
— Мисато-сан! — крикнул парень из своей комнаты, когда собирался в школу.
Из соседнего помещения донеслись звуки, по которым можно было понять, что женщина во что-то врезалась и что-то опрокинула, не забыв помянуть чёрта. Уаркнул Пен-Пен и куда-то понёсся.
