Борьба за будущее: Интроекция (СИ) полностью

Парни снова загоготали и продолжили увлечённо обсуждать различных девушек из школы и отдельные части их тел. Порой даже слишком откровенно для Синдзи. Одно из многого, что он понял, — Сакамото в школьном рейтинге красавиц находилась где-то в первой десятке. Из-за чего Миромото постоянно напоминал Икари, как ему чертовски повезло. Вот только с учётом сегодняшнего утра юноша так не считал. Но с другой стороны, может, оно и к лучшему, как сказал Кенске? Синдзи не знал, как бы провёл время с Михо. Может, даже интересно и мило. Но было бы ему так же весело и легко, как сейчас? Скорее нет, чем да. Однако он точно знал: если бы Каору не прочитал вчера одно из присланных ему сообщений и не заставил встретиться с Сакамото, то сейчас юноши бы здесь не было.

Вздохнув, Синдзи достал свой мобильник и открыл почту. Уже двадцать шесть непрочитанных сообщений, если не считать нескольких от Мисато. Юноша бегло начал читать пожелания успехов, удачи. Кто-то писал коротко, кто-то расписывал целые тирады. Встречались как знакомые имена, в основном его одноклассники, так и совершенно ему неизвестные отправители. Икари даже не мог представить, как много людей узнало адрес его электронной почты. Спасибо Хираге.

«Икари-кун, за наших обалдуев не беспокойся — я за всеми присмотрю. Ты только сам возвращайся в целости и сохранности. Хораки Хикари».

«Что ж, староста, руки-ноги у меня целы», — хотелось ему написать. Но основательно подумав, всё же набросал более приличный ответ и перешёл к следующему сообщению:

«Жаль, что ты так внезапно ушёл, Икари-кун. Твои вещи и плеер всё ещё у меня. Дай знать, когда вернёшься в школу. Нагиса Каору».

Синдзи в ответном послании ещё раз извинился и поблагодарил за вчерашний день. Улыбнувшись себе, он продолжил читать, и тут глаза зацепились за одно сообщение, присланное по СМС. В графе отправителя значился до боли знакомый номер телефона: Отоя. Сердце ухнуло в пятки, но Синдзи, хоть и со слегка трясущимися пальцами, всё же щёлкнул:

«Привет, «мистер уныл»!

Как ты там, жив-здоров?

Знаешь, я после нашего последнего разговора очень долго думал. Представляешь? «Я» и «думал» — вроде вещи несовместимые, во всяком случае в одном предложении. Но ты заставил, бро. И вот как-то я понял одну простую вещь: я погорячился. Очень сильно. Наверное, ещё мягко сказано. Я должен был встать на твоё место, иначе как ещё могу зваться братом? Короче, мне очень жаль насчёт того, что я тебе тогда наговорил.

Я знаю тебя, и ты, наверное, очень на меня сердишься. Но знаешь, ты тоже хорош. Так что мы оба друг друга стоим.:)

Я не прошу прощения. Я хреновый старший брат, раз такое допустил.

Но я хочу попросить о другом. Пожалуйста, позвони Мане. Очень тебя прошу. Она замкнулась в себе. Не разговаривает, почти не ест. Лидер вашего кружка говорит, что Мана чувствует себя виноватой во всём. Так что… Если она для тебя ещё хоть что-то да значит… просто позвони — это же не так сложно, да?

Твой хреновый братец

P. S. И да, ваша Айзава настырная, аки чёрт, но я ещё не раскололся!:)»

Чуть ниже написан номер телефона. Однако Синдзи он ни к чему: удивительно, но он его и так хорошо помнил.

Первая мысль на столь длинную эсэмэску была прозаичной: «Ну ты и потратился».

Вторая мысль: «И что же мне теперь делать?»

И снова судьба над ним издевается, вытаскивая из его шкафа один из самых неприятных скелетов и тычет им прямо в лицо: «Смотри, смотри! О тебе беспокоились, тебя простили, а ты? А ты отмахнулся от всего, будто ничего и не было! Только о себе думаешь, эгоист! Заставляешь бедную девочку страдать! А сам весело проводишь время! Какое же ты ничтожество!»

— Эй, Икари, ты как? — Кенске вывел юношу из глубокого погружения в себя.

— Я? — начал он неуверенно, склонив голову. — Как-то… не очень.