И его доверчивая юность, великодушная и горячая, даже не задавалась вопросом: а не шпион ли этот бандит? Не ведет ли он за собой измену?
Рагастен между тем снова уселся в седло и поскакал галопом по Неаполитанской дороге. Спадакаппа следовал в пятнадцати шагах позади, как это пристало конюшенным знатных синьоров на римских улицах. Рагастен знаком подозвал его.
– Ты знаешь какую-нибудь боковую дорогу, где бы я мог свернуть на Флоренцию?
– Синьор шевалье, видите вон ту дубовую рощицу в тысяче шагов перед нами? За нею находится заброшенная часовня. Иногда я ночевал в ней под покровительством святого Панкратия, которому она посвящена. В двадцати шагах от часовни, по правую руку, от дороги отходит тропа, подходящая для вас. Но, значит, синьор шевалье не едет в Неаполь?
– Вы меня расспрашиваете, синьор Спадакаппа?
– О! простите… Старая привычка.
– Да… привычка допрашивать, требовать нечто, будь то кошелек или жизнь…
– О, синьор, вы не великодушны!
– Ладно! Ты прав. Твое возмущение нравится мне, и я, в свою очередь, прошу у тебя прощения.
– На сей раз, синьор шевалье, вы поступили вполне благородно, – сказал просиявший Спадакаппа.
В этот момент они добрались до опушки упомянутой дубовой рощи. Рагастен остановился и, привстав на стременах, поглядел в направлении Рима. Далеко, очень далеко, поднималось облачко пыли.
– За мной гонятся! – сказал Рагастен.
Он огляделся: вокруг была голая, пустынная, слегка всхолмленная равнина; всадник мог здесь видеть всё, куда только достигал его взгляд. Только дубовая рощица предоставляла временное убежище.
Что делать?.. Бежать?.. Направо, налево, прямо перед собой – всюду всадник будет замечен. Теперь всё сведется только к скорости.
– Следуй за мной, если сможешь! – бросил Рагастен Спадакаппе. Но в тот самый момент, когда он собирался ускакать, тот остановил шевалье жестом:
– Не стоит сворачивать, синьор… Вас арестуют. Эти люди возьмут ваш след через три минуты.
– Что же делать?
– Поехали, синьор.
Оба поскакали и в несколько прыжков преодолели небольшую рощицу с редкими деревьями. За рощицей оказалась полуразрушенная часовня. Спадакаппа спрыгнул на землю и поддел кинжалом дверь. Та открылась.
– К счастью, я знаю выход, – сказал он. – Входите, синьор шевалье.
– Черт возьми! Идея хорошая… Входи первым.
– Нет, синьор. Вы войдете один. Быстрее! О! – добавил он, уловив огонек недоверия в глазах шевалье. – Верьте мне, синьор!
Шевалье, после очередного взгляда, которым ответил Спадапкаппа на его немой протест, спешился и вошел в часовню, ведя в поводу Капитана. Что до Спадакаппы, то он тщательно закрыл дверь и сел в седло.
Через щель в двери Рагастен мог видеть и слышать всё, что происходило на дороге. Одну руку он положил на эфес шпаги, другой зажал ноздри Капитана, чтобы помешать ему заржать. Шевалье ждал с той холодной неустрашимостью, которая делала его таким сильным.
«Если этот человек предатель, – сказал он себе, – я погиб… Но выбора у меня нет!.. А, вот и погоня!»
И в самом деле в этот момент из рощицы вылетел конный отряд. Он состоял из полусотни всадников. Впереди отряда галопировал офицер.
Спадакаппа спокойно пошел навстречу конникам.
– Стой! – заметив его, скомандовал офицер. – Эй, ты! Откуда едешь?
– Из Неаполя, ваша честь. Еду в Рим выполнить обет.
– Не встречал ли всадника, выглядевшего беглецом?
– Всадника? Конечно, ваша честь. Я даже поговорил с ним.
– А! А!.. И что же он сказал?
– Он спрашивал, верной ли дороги на Неаполь он придерживается? А когда я ему ответил утвердительно, он помчался галопом, как будто за ним гонится целый легион чертей из ада…
– Он наш! А скажи, какое преимущество, по твоему, у него перед нами?
– Около часа… Но если вы захотите мне поверить, вы можете сильно уменьшить это преимущество… Проскакав около получаса, вы окажетесь у развилки. Правая дорога делает большой крюк… По ней поскакал тот, кого вы преследуете. Левая дорога гораздо короче. Выберете ее – и вы нагоните полчаса.
– Вперед! – скомандовал офицер. – Он наш!.. А ты, добрый человек, приходи завтра к замку Святого Ангела, где я буду нести караул… Получишь вознаграждение.
Отряд умчался бешеным галопом. Через несколько минут густое облако пыли, поднятое им над дорогой, растаяло. Тогда Спадакаппа открыл часовню. Рагастен вышел из нее и вскочил в седло.
– Ну, синьор шевалье, вы видели?.. Слышали?
– Ничего! – улыбнулся Рагастен. – Я молился святому Панкратию, патрону этой церкви.
– А! – удивился ошеломленный Спадакаппа. – И он вам ответил?
– Да. Он сказал мне, что прощает вам все прошлые грехи.
Рагастен повернул на тропку, которую ему указал Спадакаппа. В продолжение двух часов он молча скакал, лишь время от времени оборачиваясь, чтобы спросить дорогу у своего компаньона или, если угодно, конюшего.
К полудню они уже находились севернее Вечного города. Рагастен начинал чувствовать голод. Он подозвал Спадакаппу:
– Как ты завтракаешь, когда нет ни припасов, ни денег на корчму?
