Увы и ах, Пати оказалась быстрее и «огонек» в ее супруга не попал, подлетев к потолку и оставив на нем ровненькую, черненькую дырочку.
Блин, если бы она не влезла, Грюн бы его просто «слопал», как мы делали на тренировках, а теперь…
Хрен его знает, что там у них на потолке!
Ну, хоть не капает и то ладно…
- Мне их забрать? – Грюн погрозил жене пальцем за вмешательство в мужские разборки и уставился на меня, ожидая ответа.
- Да ладно… - Махнул я рукой. – Вроде я ключик подобрал, глядишь, через месяцок нормальными станут.
- Если у тебя это получится… - Пати блеснула глазами. – Отдам тебе любой корабль, по твоему выбору!
- Даже этот? – Усмехнулся я.
- Вообще любой! – Пати обернулась к Нине и быстро запела-заговорила на синдарине, приглашая вступить в долю.
И Нина согласилась!
Вот, явно эти аграфы знают что-то такое, мимо чего я снова пролетел!
По крайней мере, вон, Грюн сидит и кулак держит, напоминая мне, что я обещал помалкивать, что синдарин знаю… И даже могу на нем говорить… Бегло. И даже петь!
Более того, я могу на нем материться!
- Кай, - Пати вздохнула. – Я не могу тебе сейчас всего рассказать, но эта парочка, она немного привилегированная, иначе, сам понимаешь, их бы списали на поверхность, а не оставили летать на линкоре-флагмане…
- Такая же привилегированная, как Велариэль, Ильтамиэль и Боливиаллниэлла? – Полюбопытствовал я, наблюдая за реакцией.
- Боливиаллниэлла – исключение! – Расхохотался Грюн. – Она с рождения такая неуклюжая и любвеобильная!
- Что?! – Пати уставилась на мужа. – А ты откуда знаешь?!
- Дорогая… Я ведь не был никогда монахом… - Грюн развел руками. – Да и вообще, семейство Ав Горрилиэллей славится своими жаркими женщинами!
Вслушиваясь в эту «Санта-Барбару» задумчиво чесал затылок.
Ну, в принципе, ведь и не настолько отличаются аграфы от людей!
Хотя, может это просто потому, что я «во внутреннем круге» на диво молодого клана?
Отхлебнув еще вина, глянул на Ведьму и…
Кажется, сегодня она съела трех червяков!
- Шеф… - Поташ аккуратно обошел меня и встал напротив. – А это правда поможет?
- Ты сейчас о чем? – Попытался уточнить я, разрываясь между старухой и молодой аграфкой, в нейросети которой сейчас ковырялся.
- Ну, вот, если вы ей шагомер исправите, это же точно поможет?!
Сказать, что я офигел – ничего не сказать!
А ведь этот «мальчик» в ФПИ имеет 230 начальных единиц, а его нейросеть, кстати, как и у девицы – индивидуалка, добавляет ему еще 130 единиц и до 500 добивает имплантами!
- Видишь ли, Коссотруэль, проблема не в шагомере… Проблема в самой нейросети, которая установилась с ошибками, вызывая нарушение не только умственного уровня, но и нарушения вероятностного, метафизического, уровня. – Я глянул одним глазом на ментосканер, делающий первый проход по «Внутренней памяти» вредной старушенции и вернулся к Майки, сладко сопящей в капсуле. – Например, я вот не могу понять, что именно делает вот этот отросток нейросети в области когнитивной деятельности? Причем, этот отросток есть и у тебя. Но нет у тех, кого я прогнал через капсулы за эту неделю!
- То есть, на этом участке нейросети быть не должно? – Сделал правильный вывод парень. – И ты хочешь его убрать?
- Да.
- Но ведь это же все знают, что невозможно убрать какой-то один отросток нейросети! Либо все, либо нечего! – У парня на глазах рушились основы мироздания!
- Если у тебя нет изученных баз седьмого уровня по медицине и программированию – да. – Усмехнулся я. – И, самое главное, если ты никогда не разбирался с элементами нанитов, разбив их не на классические фабрики-узлы, а на более мелкие подразделения, которые эти самые фабрики и строят… А сейчас… Будь так добр, побеспокойся о своей любовнице молча, где-нибудь в темном уголочке и не вздумай хоть к чему-нибудь прикоснуться!
Я погрозил парню кулаком и занялся операцией.
Вначале пришлось свернуть все импланты – от них оказалось больше всего каких-то «левых» отводок, тянущих свои корешки совсем не туда, куда надо.
Потом пришлось послойно снимать сканы мозга, проверяя, куда нейросеть проросла правильно, а где ее и быть-то не должно.
Кстати, насчет баз седьмого уровня я слегка соврал – их было мало.
Нужен был еще и нейроузел, который сводил вместе вероятности и реальности, подсвечивая красным то, что вероятнее всего, было невероятным и нереальным, а следовательно – либо опасным, либо вредным!
Выведя импланты в приемники, отправил их на диагностику и антивирусную проверку, точнее – контроль за верностью программного обеспечения.
Если в ПО имплантов ошибок не будет, то…
407 нитей!
Ровно 407 нанитных цепочек, тянущихся туда, где им существовать смысла нет!
Блин, если бы я не обновил капсулы, Майка уже раз 407 могла быть мертва, превратилась бы в овощ или улыбалась поднятому указательному пальцу!
Вот, объясните мне, нафига создатели ПО капсул все так нагло «упростили»?!
Сто три линейки диагностики это намного надежнее и точнее, чем 32 или даже 48!
Открыв глаза, с хрустом начал разминать затекшую шею и одеревеневшую спину.
Нормально я так, на восемнадцать часов выпал из реальности…
